Флагман быстро развернулся, открыв огонь из бортовых искровых пушек. Лента искрящегося огня попала прямо в цель. С фантастической медлительностью корабль мятежников треснул, извергая из своего нутра шары врагов. Затем в шквале огня, означавшем, что он вложил в атаку всю мощь своего Трезубца, сын Дибула направил свой корабль прямо во фланг Транде; времени на маневр не было, корабль мятежников лоб в лоб врезался в жизненно важные отсеки флагмана, проделав в его корпусе огромную дыру. Пространство вокруг оказалось затянуто испарениями, застывавшими сверкающим инеем на покореженных корпусах. Затем, осыпая друг друга осколками глассита, ужасные силы двух Трезубцев встретились. Шар белого пламени, пронизанный красными и фиолетовыми молниями, окутал два корабля. Потом медленно угас.
Неистово присасываясь к штокам, Стипа подвёл свой корабль как можно ближе к обломкам. Корабль мятежников был расколот от носа до кормы. Флагманский корабль был вскрыт по диагонали, в результате чего открылась камера, в которой находился Трезубец. Если бы переборки выдержали, Транда, возможно, все еще был бы жив.
Стебельки глаз его супруги умоляюще склонились к нему. Обернув вокруг нее нежную трубку, он испустил золотистый ободряющий импульс.
Теперь они были совсем близко к обломкам сцепившихся кораблей. Медленно поворачиваясь вокруг своей оси, они падали на огромную планету. Обратив вспять силу своего Трезубца, Стипа, встряхнув корабль, вывел его на траекторию, параллельную траектории разрушенных судов, и приблизился к ним вплотную.
У нептуниан не было космических скафандров. Полагаясь на свои присоски, они были бы беспомощны. Но Стипа руководил изготовлением небольших гласситовых сфер, каждая из которых имела свой собственный резервуар для газа, в котором одна особь могла поддерживать жизнь в течение десяти нептунианских дней. Если Транда жив и выходы не завалены обломками, его сфера скоро появится. Они с нетерпением ждали, но этого не произошло.
Аура Стипы потемнела. Должен же быть какой-то способ! Конечно же, силе Трезубца не должно помешать такое мелкое препятствие, но как это сделать?
Внезапно он выпрямился во весь рост.
– Тина! – вспыхнул он. – Позови сюда Биму. У меня есть план!
Он быстро расспросил другой шар, а затем отправил его обратно, чтобы тот поспешил привести десять человек из команды. В Тризубии, до того, как Транда призвал их к оружию, они работали с гласситом – и даже помогли построить этот корабль. Он изложил им свой план. У него было мало времени. Уже сейчас император, возможно, корчится в агонии в то время, как драгоценные газы вырываются из комнаты, в которой он был заперт. Они должны действовать быстро.
Все как один, они согласились.
Он повернулся к своей супруге, напряг трубки и прижал ее к себе. Затем мягко отстранил.
– Нужны двое, – сказал он. – Один, чтобы управлять кораблем, а второй, чтобы направлять энергию Трезубца. Будешь ли ты одним из них, или мне поможет Бима?
Она гордо надула свою сморщившуюся от горя оболочку и храбро пыталась придать золото мужества в своей затененной печалью ауре.
– Приказывай мне, Бар Стипа, – окрасилась она.
Став бок о бок, они смотрели на приборы управления. Исключительно нежными должны быть те прикосновения, которые будут управлять могучим кораблем сейчас, когда для них всех жизнь от смерти отделяют считанные дюймы. И эти прикосновения будут прикосновениями Тины.
Она медленно отвела корабль в сторону, достаточно осторожно, чтобы энергия его «молний» не коснулась искалеченного корабля, находящегося рядом с ним. Обзорный иллюминатор корабля Транды был скрыт искореженными обломками. Теперь, используя то оружие, которое Меа-Куин приготовил на случай, если все остальное окажется бесполезным, Стипа направил в пространство поток белой энергии, изогнувшийся во тьме космоса подобно огненному мечу. Он коснулся обломков корабля мятежников, и глассит распался, испустив поток золотистых испарений. Из излучателя вырвался очередной луч света и ударил в изорванный корпус. Сначала медленно, затем с большей скоростью, тот отодвинулся в сторону. Показался нос флагмана, весь в шрамах и вмятинах, но целый. Перед маленьким прозрачным иллюминатором виднелся съёжившийся алый шар императора Нептуна.
Жизнь, казалось, забурлила в газах Тины. Ее аура засияла. Ее трубки буквально танцевали над пультами управления, перемещая гигантский корабль в пространстве, словно тот дрейфовал, несомый легким ветерком. Они подбирались все ближе и ближе, в то время как пылающий меч Стипы отсекал обломки часть за частью от покореженного корпуса и отбрасывал их в космическую пустоту своим мощным двигателем. Огненный клинок все ближе и ближе подбирался к маленькой комнате, заключавшей в себе их цель. Теперь корма флагманского корабля была срезана, и корабль Стипы находился менее чем в половине длины корабля от обломка, в котором находилась рубка управления. Он предостерегающе посмотрел на Тину.