— Нет, — Ричард улыбнулся мечтательно. — Солвер — отличный мужик, он бы тоже мог, но Эглин — медик, ему привычно к раненым подбираться. Чудесный парень, даром что из офицеров, дворянин. Образованный и понимает много. Я его сам из-под огня тащил, с осколками в позвоночнике и в лёгком, так он же меня признал, Эглин! Представляете? Ты ж, говорит, братец, сумеречный проводник… обрадовался, что я пришёл. С другими — тяжелее идёт, необразованные. Ада боятся. Пока сообразят — перемучаются. Но ничего, кое-что получается уже. Плохо, что мало нас пока… не успеваем всюду. И эти… тварюги адские… очень уж мешают.
— Ты, говорят, развоплотил жруна ведь? — спросила я.
Ричард махнул рукой:
— Да что! Я ещё живой был — чувствовал, что не устоять ему против молитвы. Теперь вот ещё надо посвящённых научить: что-то они не так делают.
Я еле удержалась, чтоб не хихикнуть. Он сам не очень понимал, чего стоит, Ричард. Если верить легендам, благие — все такие.
— Это пустяки, леди Карла, — продолжал Ричард. — У меня всяких новостей полна коробочка. Хотите своими глазами взглянуть, а? Способность-то эта — она никуда не делась, так при мне и осталась, и смерть её не берёт.
— Ещё бы! — восхитилась я.
И Ричард протянул мне руку уже без всякого смущения, как старому боевому товарищу.
Райнор в воспоминаниях Ричарда выглядел так, будто ему не меньше восемнадцати. Как почти взрослый парень. И было забавно видеть, как он перепугался за Ричарда, — я оценила, что запретил людям раскапывать блиндаж. Ему очень хотелось.
Потому что в сумерки, когда Ричард встал, Райнор ему очень трогательно обрадовался:
— С тобой, значит, всё в порядке? Ух, такой сундук прилетел — земля вздрогнула. Я думал, от твоего гроба ничего не останется, почти прямое попадание же.
Ричард только улыбнулся:
— Брось, хороший же блиндаж, капитальный. Там брёвна встали под углом — и живые бы уцелели, если бы были живые.
Райнор кивнул:
— Ну так-то да, хорошо, когда на позициях прям ставка вампирского Князя… а ты вот что скажи: ты мелкого чуешь? Среди живых, среди мёртвых, хоть как-то?
Вот тогда-то Ричарду и пришла в голову эта безумная идея.
— Зеркала там нигде точно нет, — объяснил он Райнору. — А лужи есть, недавно дождь прошёл. И луна стоит вон какая яркая, как осветительная ракета светит. Наверняка сработает. Но зова я от Ларса точно не слышал, так что он на твоей стороне, юдоль не покидал — это я не сомневаюсь даже.
И мордашку Ларса в луже они оба рассматривали с явным облегчением. При том что вид некроманта и Сумеречного Князя, стоящих около лужи на четвереньках, абсолютно не прибавлял обоим солидности. Но ведь сработало!
— Ой! — радостно завопил Ларс из отражения. — А я даже думал, что мне кажется! Как это ты догадался меня из лужи позвать, Ричард? Ты не бойся, тут совсем тихо, фронт издалека слышно.
— Как тебя туда занесло, бродяга? — рявкнул Райнор. — Если фронта не слышно, так сколько ты уже отмахал в чужую сторону? Ты хоть понимаешь, что с тобой будет, если нарвёшься на их патруль? Я тебе говорил, что им велено сразу кончать некромантов любого возраста? Говорил?!
— Райнор, ну что ты, ну не сердись, пожалуйста, — сказал Ларс самым примирительным тоном. — Я же не потерялся! Я просто сначала спрятался в лесу: мне дядя Трай говорил, что надо в канаву, если обстрел, я и в канаву, где папоротник растёт. А пока лежал в канаве — ну… как бы почувствовал. И пошёл посмотреть. Далеко, да, но им же там плохо было — вот я и пошёл. А там мёртвые дяденьки-солдаты, один мне говорит: «Ты же мог бы нас отправить на лоно Господне, да, малой? А мы за тебя будем Бога молить…»
— Какие мёртвые солдаты?! — рявкнул Райнор, в точности как я. — Ларс, ну ты что? Ты что, не знаешь, куда идти мёртвым?
— Ну Норси, ну они же не могут! — сказал Ларс таким тоном, будто это само собой разумелось. Очень рассудительно. — Во-первых, их застрелили, а тела утопили в болоте. Вот в этом болоте, тут рядом лужа. А во-вторых, это же не наши солдаты, они боятся.
— Ещё и враги! — Райнор здорово сдержался, чтоб не врезать по воде кулаком.
— Не кипятись, братец, — улыбнулся Ричард. — Давай я к ним схожу? К Ларсу, к тем мёртвым? И всё выясню?
— Вали, — мрачно разрешил Райнор.
— Ура! — обрадовался Ларс.
На том безумный разговор и кончился, а Ричард обернулся филином — всё-таки вампиры ужасно задаются тем, что умеют летать! — и отправился в лес. И я до задыха, до жаркого восторга пережила с ним этот полёт в лунном тумане, когда лес лежит где-то внизу, как сказочная карта, вышитая мохнатыми чёрными и серыми нитками.
Сказка, а не полёт. Если бы ещё не зарево фронта на горизонте.
А на вытоптанной полянке у кромки болота, под и замшелыми кривыми чахлыми елями, рядом с брошенным лесным хутором — без огней и ворота настежь — Ларс и призрак молодого солдата, улыбчивый парень с пулевой дырой во лбу, сидя на корточках, азартно играли в рыбки-крабики на пальцах. Ларс выигрывал.
