— Мистер Уилсон. Обману, если скажу, что рассчитывал снова встретиться.
— Я решил поблагодарить за помощь, мистер Гарднер. Вы ведь читали статью? Без вашей подсказки остановить душителя не удалось. Я счел нужным занести небольшой подарок, передал вашему слуге.
— Благодарю, — не слишком заинтересованно кивнул профессор. — Рад, что вы преуспели. Это действительно храбрый поступок.
— Но дело не только в визите вежливости. Снова хочу попросить вас о совете.
— Ну что же, садитесь, помогу, насколько получится.
Артур неторопливо сел в удобное кресло. Некоторое время собирался с мыслями. Решил зайти издалека, с менее опасного вопроса.
— Когда я встретил убийцу, он находился в затененной комнате, окруженный кругом из земли. Из одежды — только набедренная повязка. Детектив-инспектор предположил, что это религиозный обряд. Можете подтвердить или опровергнуть его гипотезу?
Профессор ответил почти не задумываясь.
— Я размышлял об этом еще во время чтения статьи. Сильнее всего это напоминает ритуал очищения. Подобное встречается как у племен Инготии, так и у аборигенов архипелагов к югу от Бхарун-Жуа.
Артур достал из кармана записную книжку, раскрыл на чистой странице.
— Очищения?
— Именно так. Детали могут отличаться, но суть остается одной. Человек изолируется от соплеменников. Живет отдельно, в том числе от жены и детей. Не ест из общего котла. Для него даже складывают временный очаг.
— А кто именно нуждается в очищении?
— Зависит от представлений племени. Путешественники, которые могут принести с собой злых духов. Воины, вернувшиеся из похода. Преступники. В том числе и убийцы. Резюмируя, сержант-детектив прав в своем предположении. Это действительно обряд.
Артур понял, что не записывал слова антрополога, а рисовал и закрашивал абстрактные геометрические фигуры. Предстояло перейти к более важной теме. Требовалось тщательно подобрать формулировки, чтобы описать свое состояние и не показаться при этом умалишенным.
— Профессор, еще один вопрос. В момент смерти убийцы произошло нечто… — журналист запнулся, пытаясь подобрать правильное выражение. — Словно бы сверхъестественное. Я всегда считал себя прагматиком и материалистом.
— Мистер Уилсон, о чем вы?
— Простите, немного тяжело признаться. После смерти инготийца клубы порохового дыма сложились в силуэт животного. Оно прикусило мне ладонь. Показывал следы жене, она их увидела. С тех пор в любом дыме, от фабричного до сигаретного, я вижу животное. Также оно приходит по ночам. Просыпаюсь от тяжести, словно кто-то сидит на груди. Оно скитается по квартире, зовет за собой.
— Вы распознали, кого именно видите? — отстраненно спросил антрополог.
— Да. Это шакал.
Гарднер не сдержался и рассмеялся. Впрочем, быстро оборвался и заговорил серьезнее.
— Вас попытались задушить. Сопротивляясь, вы убили напавшего. Тяжелое потрясение для любого человека. И как следствие появилась истерия, выраженная в виде навязчивой иллюзии.
— Я думал об этом. Но не похоже на обычное помешательство в обывательском понимании. И потому хотел спросить вас о религии инготийцев. Возможно, там встречается нечто подобное?
Профессор задумчиво откинулся в кресле, скрестил руки на груди. Посмотрел на потолок. Артур терпеливо ждал.
— Думаю, что не слышал о шакалах из дыма, мистер Уилсон. Но область моих исследований — физиология инготийцев. Лишь по касательной задевал обычаи и верования. К тому же, как и говорил при прошлой встрече, у аборигенов Инготии нет единой культуры или религии.
— Может, вы знаете, к кому из ваших коллег имеет смысл обратиться?
— Из живущих в Ландариуме? Нет. Возможно, удивлю вас, мистер Уилсон, но в науке принято переносить информацию на бумагу. Есть больше одного автора, публиковавших исследования быта инготийцев.
Профессор взял с каминной полки колокольчик и вызвал лакея. Переговорил вполголоса, вскоре слуга вернулся со стопкой из трех не слишком толстых книг и парой журналов.
Потом антрополог властно протянул руку, взял у Артура блокнот. Удивленно поднял брови, когда увидел лишь каракули вместо заметок. Но никак комментировать не стал, молча записал названия и авторов еще нескольких книг, которые не нашлись в домашней библиотеке.
— Благодарю за уделенное время, профессор.
Артур поднялся из кресла и серьезно кивнул на прощание. Антрополог остался на месте, всем видом демонстрируя, что не собирается провожать посетителя. Снова взялся за колокольчик, вызывая слугу.
Журналист поднял книги и уже направился к выходу из дома. Но его остановила последняя фраза Гарднера.
— Мистер Уилсон, возможно, все прекратится, если вы ответите на зов?
— Что? — удивленно обернулся Артур.
— Если вам сопротивление дается настолько тяжело, то просто поддайтесь. Посмотрите, куда вас приведет призрачный шакал.
В ответ журналист лишь пожал плечами. Подобная мысль его посещала. Но пойти за видением означало согласиться с реальностью сотканного из дыма существа. И отказаться от атеистической картины мира. Артур надеялся, что в книгах антрополог найдутся ответы.