Кости сердца полностью

– Вы все забываете, что даже «Красный лобстер» многим людям не по карману.

– Ну, значит, я сам тебе что-нибудь закажу, – говорит Самсон.

– Какой благородный шовинизм! – дразнюсь я.

Сара повязывает парео и встает.

– Ладно, идем, у нас много дел.

– Сейчас? До шести же еще два часа!

– Я хочу над тобой поработать.

– В смысле?

– Будем наводить марафет.

Я качаю головой.

– Нет! Пожалуйста, не надо!

Сара энергично кивает.

– Надо-надо! Я сделаю тебе прическу, макияж и маникюр. – Она хватает меня за руку и стаскивает с шезлонга. Показывает пальцем на все наши вещи. – А вы, здоровяки, все это унесете, хорошо?

На полпути к дому она говорит:

– Он на тебя запал. Точно. Это сразу видно. Он ни на одну девчонку так не смотрел, как на тебя.

Я не успеваю ответить, потому что мне на телефон приходит эсэмэска. Я редко получаю сообщения: мой номер мало у кого есть.

Когда Сара начинает подниматься по лестнице, я достаю мобильный. Сообщение от Самсона:

Ух, мы с тобой идем на спонтанное свидание!

Ну, чем не отвязные ребята?

– Идешь? – окликает меня Сара.

Я стираю с лица широкую улыбку и захожу в дом.

Все внимательно смотрят на меня – ждут, когда я попробую свое блюдо. Даже официант.

Никакого давления, ага.

– Сперва макни креветку в коктейльный соус, – предлагает Маркус.

Самсон тут же отодвигает соус подальше.

– Ты спятил? Ее вырвет! – Вместо коктейльного он подает мне соус тартар. – Вот, лучше с этим.

Сара закатывает глаза и собирает в стопку три папки меню. Они с Маркусом только что сделали заказ, а мы с Самсоном еще нет – сперва решили убедиться, что креветки мне понравятся. Официант был очень удивлен, что я никогда их не ела, принес мне на пробу одну штучку и теперь с интересом следит за моей реакцией.

Это жареная на гриле креветка без панциря и хвостика. Вообще-то я не любитель рыбы, поэтому многого не жду – зато ощущаю вполне реальное давление со стороны окружающих, когда макаю креветку в тартар.

– Отстаньте от человека! Вы так на нее смотрите, будто она сейчас рухнет замертво, – говорит Сара. – Я есть хочу!

– Она рухнет замертво, если у нее аллергия на ракообразных, – замечает официант.

Я замираю, не донеся вилку до рта.

– А что, кстати, относится к ракообразным? – спрашивает Самсон. – Лобстеры. Креветки. Все, у кого есть панцирь.

– Крабы. Речные раки. Черепахи, – добавляет Маркус.

– Черепахи – не ракообразные! – закатывает глаза Сара.

– Это была шутка, – говорит Маркус.

– А лобстеров или крабов ты когда-нибудь ела? – интересуется Самсон.

– Краба пробовала, ага.

– Значит, все будет хорошо.

– Господи боже, ешь давай, пока я сама ее не слопала! – восклицает Сара. – Умираю с голоду!

Я откусываю только половинку. Все смотрят, как я жую, даже Сара. Вкус у креветки приятный – может, это не самое обалденное, что я пробовала в жизни, но есть вполне можно.

– Неплохо! – Я отправляю в рот оставшуюся половинку.

Самсон с улыбкой отдает меню официанту.

– Мы оба будем креветки гриль.

Официант делает запись в блокнот и уходит. Сара морщит нос.

– А ведь он и впрямь сделал заказ за тебя! Не пойму, это мило или отвратительно?

– Когда я однажды пытался заказать за нас двоих, ты двинула меня локтем в бок, – замечает Маркус.

Сара кивает.

– Да, это отвратительно. – Она пробует свой напиток. – Слушайте, давайте на выходных куда-нибудь съездим. Представим, что мы туристы.

– Куда, например? – спрашивает Маркус.

– В аквапарк? Или на лодке-амфибии покатаемся? – Она вопросительно смотрит на нас с Самсоном. – Хотите с нами?

– Я после обеда всегда свободен. Кроме пятницы – обещал доделать Марджори крышу.

Боже, как это трогательно.

– Шон?!

Мы одновременно поворачиваемся на голос. К нашему столику быстро идет парень – причем не сводит глаз с Самсона. Высокий, тощий, на руках татуировки. Я разглядываю изображение маяка у него на локте и вдруг замечаю, что Самсон напрягся.

– Офигеть! – восклицает парень. – Кого я вижу! Вот это люди! Как дела, чувак?

– О, привет, – говорит Самсон. Не сказать, что очень радостно. А еще… почему этот парень назвал его Шоном?

Самсон похлопывает меня по ноге, чтобы я его выпустила. Я встаю и отхожу в сторонку. Самсон выходит из-за стола и обнимает парня. Я сажусь обратно, и мы втроем с интересом наблюдаем за ними, даже не пытаясь сделать безразличные лица.

– Старик, ты давно на свободе? – спрашивает парень Самсона.

На свободе?!

Самсон косится на наш столик. Ему явно неловко. Он кладет руку на плечо парню и уводит его подальше от столика, чтобы мы не слышали их разговор.

Я перевожу вопросительный взгляд на Сару и Маркуса. Маркус что-то сосредоточенно разглядывает у себя в стакане, а Сара глядит на Самсона, прищурившись и склонив голову набок. Она откидывается на спинку диванчика и говорит:

– Как странно. Почему он назвал его Шоном?

Маркус пожимает плечами.

– Может, «Самсон» – его второе имя, – говорю я скорее самой себе, чем Саре или Маркусу.