Джорон занял свое место, взялся за левое плечо, лук слегка повернулся, и флюк-лодка оказалась в прицеле.
– Целься ниже, Гавит. Постарайся попасть в ватерлинию.
Юноша кивнул и наклонился над луком, как делала Фарис. Теперь все ждали последней команды. Ее должна была отдать Миас, после чего окончательное решение оставалось за каждым лукоселлом.
Джорон услышал, что Миас бежит по сланцу палубы к центральной части корабля.
– Луки левого борта, будьте готовы снова стрелять сразу после первого залпа, – приказала Миас. – Я буду разворачивать «Дитя приливов» так, чтобы луки правого борта нанесли удар по врагу, и надеюсь, что вы успеете сделать второй выстрел до того, как они окажутся совсем рядом.
Джорон сглотнул – Миас подтвердила его опасения: они не смогут потопить все четыре флюк-лодки.
– Куглин, будь готов отбросить врага, который пойдет на абордаж. И помните, мои мальчики и девочки, мы здесь для того, чтобы защитить аракисиана. Главная наша цель не эти лодки, а те. – И она указала мимо приближавшихся врагов на флюк-лодки, остававшиеся на значительном расстоянии от «Дитя приливов». – Итак… – И на ее лице появилась широкая улыбка, – ваши лукоселлы уже навели луки. Поэтому стреляйте по готовности! – Миас обнажила меч и подняла его в воздух.
Джорон ждал, что Гавит сделает выстрел сразу – именно так поступил лук номер три. Попасть в корпус не удалось, но команда «Дитя приливов» взревела, когда болт угодил в толпу, собравшуюся на палубе ближайшей флюк-лодки, женщины и мужчины полетели за борт, целые тела и части. Однако Джорон понимал, что это лишь немногим лучше промаха.
В борт «Дитя приливов» ударила волна, корабль приподнялся, и теперь луки были направлены вверх. Мгновение Джорон смотрел в прицел на облака, потом «Дитя приливов» стал опускаться, появилась мачта флюк-лодки, затем палуба, заполненная разъяренными врагами. И в тот момент, когда корабль, по ощущениям Джорона, находился в низшей точке, рука Гавита рванулась назад, и раздался басовый стон спущенной тетивы. Сердце Джорона сжалось, он был уверен, что мальчик промахнулся, болт исчез в воде с едва слышным всплеском. Еще через мгновение выстрелили остальные луки, их болты ударили в борт одной и той же флюк-лодки, пробив в ней громадные пробоины, но слишком высоко над ватерлинией, чтобы она затонула.
– Вращай! – приказал Джорон, и все началось сначала.
– Ждать! – крикнула Миас. – Я поворачиваю корабль!
Порыв ветра налетел на корабль, Джорон ощутил боль в ушах, и в следующее мгновение массивный костяной корпус начал разворачиваться. И тут Джорон увидел, что Гавит не промахнулся. Он попал во флюк-лодку под водой, вражеское судно сбавило ход, его нос стал опускаться – и другие отверстия в борту оказались в воде. Лодка накренилась, а те, кто еще недавно кричал от ярости, теперь вопили от ужаса. С такелажа «Дитя приливов» полетели стрелы.
– Прекратить стрельбу! – приказала Миас. – Эти женщины и мужчины уже мертвы.
Теперь осталось три лодки. «Дитя приливов» развернулся, чтобы стрелять с правого борта, пока перезаряжались луки левого борта.
Миас снова побежала по палубе.
– Такой же приказ для луков правого борта, – кричала она. – Цельтесь в ватерлинию! Потопите их, если сможете.
«Дитя приливов» продолжал поворот; расчет Джорона смотрел на воду, луки правого борта – в небо.
– Убери ветер, ветрогон! – приказала Миас, и ветрогон упал на палубу.
Порыв ветра тут же стих. Корабль выпрямился, и Джорон повернулся, чтобы посмотреть, как стреляют луки правого борта.
Раздались крики, но рева радости не последовало – ни одна из оставшихся лодок не начала тонуть. С такелажа полетели стрелы.
– Дай мне бриз, ветрогон! – закричала Миас, и корабль вновь начал поворот, а мощная волна ударила в три флюк-лодки, приближавшиеся к «Дитя приливов». Джорон ожидал, что корабль завершит поворот, чтобы он смог еще раз нацелить свой лук, но Миас остановила его раньше.
– Для второго выстрела нет времени, – крикнула она. – Куглин, пришло время заплатить за проезд. – Миас бегом вернулась на свое место на корме. – Луки развернуть вперед и стрелять, как только увидите цель.
Потом она улыбнулась и посмотрела на такелаж.
Что-то изменилось.
Наступили мгновения неподвижности в сражении, словно все знали, что сейчас скажет Миас, и с нетерпением ждали ее слов.
– Полные крылья, – приказала она, а потом прокричала: – Поднимитесь на позвонки и разверните мне крылья, бездельники! Ветрогон, мне нужна самая высокая скорость! – А потом добавила спокойно, но так, чтобы все ее услышали: – Барли, направь наш клюв на приближающиеся лодки. – Миас подняла руку и поправила двухвостую шляпу. – Раз уж они решили оказаться на нашем пути, мы сметем их с него.
«Дитя приливов» рванулся вперед, и, если бы Анзир не подхватила Джорона, он оказался бы распростертым на палубе – многие не устояли на ногах. Над водой пронесся крик, который тут же прервал глухой удар о сланец, дитя палубы не удержался на такелаже и упал вниз, навстречу смерти.
