И в тот же миг со всей силой Кадзама опустил кнут на правую руку Маталона. Маталон вскрикнул и упал на колени. Пистолет вылетел из его кисти и, перелетев через поручень, затерялся между валунами.
Возвышаясь над Маталоном, Кадзама снова поднял кнут.
– Вот тебе за Хоакина, – проговорил он и без всякой жалости ударил его несколько раз по плечам и спине.
Маталон согнулся и, не в силах сдержаться, застонал от боли.
Рюмон перебрался через поручень и шагнул в расщелину. Он начал на ощупь искать упавший туда пистолет. Наконец нащупал его и поднял.
Вернулся на огороженную перилами тропинку.
Кадзама стоял, тяжело дыша, глядя на простертого на полу противника. Маталон стонал от боли. Похоже, сделанный из бычьих пенисов хлыст сработал на славу.
– Ты подоспел вовремя. Но как же ты умудрился оказаться впереди? – обратился к нему Рюмон, и Кадзама, будто очнувшись, впервые взглянул на него.
– Параллельно с узким проходом, по которому вы пробирались, есть еще одна дорога, напрямик. Мне проводник показал в прошлый раз. Я-то просто хотел в шутку напугать вас и вовсе не думал, что дело обернется вот так.
Тикако присела рядом с лампой.
Подняв уроненные Маталоном листок бумаги и кулон, она молча протянула их Рюмону.
Едва взглянув на кулон, Рюмон понял, что не ошибся в темноте: кулон и впрямь был точно такой же как тот, что висел у него на шее. Теперь ясно, почему Хоакин понес что-то странное, увидев кулон у Рюмона в кабачке «Лос Гатос».
Рюмон рассматривал листок бумаги.
На нем было очень схематично нарисовано русло какой-то реки и два перекинутые через реку моста. На одном берегу среди каких-то непонятно что обозначающих линий был поставлен крестик.
Даже если карта указывала на тайник, где спрятаны слитки, на ней не было никаких подсказок, чтобы установить, где конкретно это место находится и что за пещера или река имеются в виду.
Вдруг раздался звук, похожий на подземный гул, и Рюмон почувствовал под ногами легкую вибрацию.
Тикако испуганно взглянула на него:
– Может, землетрясение? Мне страшно.
Звук стих.
Его сменил тот идущий из недр земли вой, который они уже слышали.
Рюмон спрятал в карман кулон и карту, добытые Маталоном, махнул рукой в сторону чернеющего за перилами обрыва.
– Маталон столкнул туда старика Хасинто и Пакито. Видимо, они еще живы. Нужно им помочь.
Кадзама показал кнутом на тень за скалой:
– Насколько я помню, там, в углублении, должен быть ящик с инструментами. Если повезет, найдется и веревка.
Тикако всмотрелась в темноту.
– Вот он, – показала она на место рядом с поручнем.
Рюмон сделал шаг к лампе.
В ту же секунду лежавший на полу Маталон молниеносно вскочил.
Кадзама, заметив по лицу Рюмона, что что-то неладно, ударил кнутом, целясь в то место, куда был направлен взгляд Рюмона. В свете керосиновой лампы на мгновение сверкнул металл.
В следующую секунду кнут, будто отброшенный неведомой силой, вылетел из руки Кадзама и, описав широкую дугу в воздухе, исчез во тьме. Удар не попал в цель.
Кадзама еще не успел выпрямиться, как сзади на него набросился Маталон. Кадзама рухнул на колени, а Маталон, не теряя ни секунды, обвил правой рукой его шею и приставил ему к горлу нож.
– Не шевелись! – крикнул он.
Рюмон сделал шаг в их сторону и замер, будто картонная кукла в театре теней.
Он совершил непоправимую ошибку, решив, что, отняв у Маталона пистолет, может успокоиться. Их противник с холодным оружием был еще более опасен, чем с огнестрельным.
Глаза Маталона блеснули в свете лампы.
– Брось пистолет сюда!
– Не слушайте его. Берите лампу и бегите! – закричал Кадзама, которого Маталон использовал вместо щита.
Маталон слегка надавил на нож, приставленный к горлу Кадзама. Из раны брызнула кровь.
Рюмон услышал, как за его спиной тихонько охнула Тикако.
– Ну, бросай! – произнес Маталон приглушенным голосом. – Не то перережу этому парню горло.
Рюмон шумно дышал. Было ясно, что этот человек без малейших колебаний поступит, как сказал.
Стрелять из пистолета Рюмону еще ни разу не приходилось, и даже сейчас, когда перед ним был такой мерзавец, как Маталон, у него не было уверенности, что ему удастся заставить себя выстрелить.
Рюмон бросил пистолет Маталону в ноги.
Все еще прижимая лезвие к шее Кадзама, Маталон нагнулся, протянул левую руку и схватил оружие. Потом, приставив к виску Кадзама пистолет, сунул нож обратно за пояс.
– Вставай!
Кадзама сжал зубы и, не сводя глаз с Рюмона, медленно поднялся на ноги. Рюмон посмотрел на него, безмолвно давая понять, что постарается помочь ему при первой возможности.
– Встань на краю обрыва!
Кадзама молча перекинул одну ногу через поручень, потом другую, и затем, хватаясь за глыбы камня, застыл над зиявшим темнотой обрывом.
Маталон заговорил снова:
– Выбирай: либо сам прыгаешь, либо падаешь с пулей в животе. Что тебе больше нравится?
– Нет! – вдруг закричала Тикако.
Рука Маталона дрогнула, и он инстинктивно спустил курок.
Кадзама исчез из виду.
В тот же миг Рюмон что было сил ударил ногой по стоявшей рядом керосиновой лампе.
