Лоуренс весь напрягся, но постарался виду не подать:
— Конечно. Ты можешь присесть, Питер.
Слова, так легко слетавшие с губ мужчины, почему-то ранили юношу с каштановыми волосами, и Питер в ответ на это нахмурился, отмахнувшись от предложения капитана немного отдохнуть в мягком кресле напротив:
— Нет. Я лучше постою, капитан.
Немного поразмыслив, Питер пересек последний рубеж между собой и Лоуренсом, пройдя возле стола и остановившись прямо возле мужчины. Юноша облокотился на обычный дуб и, тяжело выдохнув, произнес:
— Я много думал последнее время, мистер Дрейк… — Питер закусил нижнюю губу, и будь он чуть менее рассеянным в это мгновение, то заметил бы, как на этом заострил свое внимание его непосредственный слушатель. — Вас что-то не устраивает во мне, так? Просто после случившегося, не разобравшись, мы не сможем вместе работать. Думаю, вы это понимаете, капитан.
— Ты… Ты хочешь уйти? — поразился своему выводу Лоуренс, взглянув в глаза Питера.
— Нет. Я не хочу, — отрицательно мотнул головой юноша, проведя язычком по нижней губе, и мужчина невольно засмотрелся на этот его жест…
Питер замер на мгновение, еле остановился от того, чтобы не улыбнуться, и причмокнул. А ведь изначально он зашел ненадолго поговорить с капитаном и, наконец, выяснить, что роется в красивой голове этого страстного мужчины… Демоненок не ожидал, что роется то в голове мужчины далеко не расстройство от их поцелуя.
— Капитан? — осторожно позвал Дрейка Питер, коснувшись краешка собственных губ большим пальцем.
— А? Да, Питер? — спустя секунду заминки отозвался Лоуренс, сдавая себя с потрохами.
Большего Питеру нужно и не было: он положил ладонь на спинку красивого резного стула капитана, так что тому пришлось отодвинуть его от стола, и усмехнулся. Впервые за долгое время подобная улыбка появилась на лице Питера, и Дрейк был рад этому… ровно пару мгновений.
Уже давно, наверное, еще в первый день знакомства, когда Лоуренс узнал, что Питер спрятался в пустом сундуке, капитан понял — этот юноша очень гибкий…
— Дрейк, признайтесь хотя бы самому себе, — интимно зашептал Питер, садясь сверху на мужчину так, словно бы тот был обычным стулом, лицом к спинке и Лоуренсу, — что вы хотите меня поцеловать еще раз…
От такой наглости капитан обомлел, никак не отреагировав, и в нелепой попытке избежать контакта с юношей приподнял руки, остановив себя от желания обнять Питера. Вот только стоило мальчишке немного поерзать на своем «троне» и при этом зазывно взглянуть из-под темных ресниц на мужчину... Так кропотливо ввинченные шурупы спокойствия Дрейка вмиг слетели со своих мест.
Лоуренс впился пальцами в руку юноши и тяжело задышал, прорычав, чтобы тот проваливался скорей из его каюты, пока чего не случилось…
Сказал это капитан на чистом автомате, и слова надолго не задержались в его голове, улетучившись тут же, как сорвались с губ. Он уже мысленно накинулся на Питера, раздев того на столе… Собственно, от такой участи дьяволенка даже побег не спас бы. Да и он явно не собирался уходить, а даже как раз наоборот — вбил последний гвоздь в гроб самоконтроля желаемого мужчины, лизнув мочку уха и томно произнеся:
— Вы разве еще не поняли, дорогой Лоуренс, что я настоящий манипулятор?
Щелчок. И последние оковы сняты.
С рыком убийцы Дрейк запустил свою руку в темные волосы Питера, привлекая того к себе и с жадностью вкушая сладость явно запретных губ. Игривый изгиб линий, приятный персиковый цвет и такая мягкость… податливость — эти губы сносили крышу на раз, а на два в мыслях мужчины не осталось и места, чтобы сокрушаться о том, кого он целует.
Питер явно наслаждался процессом, сам не гнушаясь запретным приемом покусывания губ. Он выгнулся, ощутив, как Лоуренс провел по позвонкам рукой, тут же впившись пальцами в бежевую рубашку юноши. Где-то на задворках сознания они оба услышали звук рвущейся ткани…
— Ты в курсе, что сам напрашиваешься на порку? — спросил у Питера Дрейк, пытаясь все еще ухватиться за какой-нибудь запрет из уст юноши.
Но он очень ошибся с подходом к этому монстру — Питер лишь оскалился в ответ, медленно проведя по верхней губе языком, и произнес:
— Лоуренс, а ты думаешь, чего все это время я добиваюсь? Я нарываюсь…
Рывком усадив Питера на стол, Дрейк, не переставая целовать дерзкого и явно «нарывающегося» юношу в такие чарующие, сводящие с ума губы, стал снимать с себя одежду. Питер даже на мгновение не задумался, помогая Лоуренсу избавляться от лишних, по его мнению, вещей.
Когда грудь мужчины оголилась, представ в свете полуденного солнца из окна во всей своей красе, Питер не сдержал восторженного вздоха. Дрейк прекратил свои нападки на Питера, словно бы надеясь на разумность последнего и что юноша захочет остановиться, когда поймет, к чему же все идет… Он в очередной раз недооценил Питера, потому что тот лишь сложи рот в букве «о» и игриво провел указательным пальцем по изгибу тела мужчины.
— Я думаю: убить тебя или изнасиловать…
— Ты умеешь уговаривать.
