— Книжные магазины — не благотворительные организации. Если книги не продаются, магазин разоряется. В наше время такие книги можно купить только в букинистических лавочках. У вас как раз такой магазин и отличная подборка книг; во всяком случае, когда к вам ни зайдёшь, всякий раз отыщешь что-нибудь ценное — ну разве что нет совсем уж редкой книги… — Акиба говорил и всё постукивал в такт словам по книжной полке.
В заключение он с улыбкой посмотрел на Ринтаро и объявил:
— Ну и ещё здесь прекрасный гид, который всегда подскажет, где что у вас тут стоит, в этой прекрасной коллекции.
— В каком смысле гид?
— А скажи-ка мне, есть ли у вас «Адольф» Констана? Недавно вычитал в соцсетях, что это интересный роман. Но нигде не могу найти.
— Есть, — кивнул Ринтаро и достал с дальней полки книжку. — Вот. Бенжамен Констан. Этот роман знаменит уникальными психологическими портретами героев. Кажется, Франция, начало девятнадцатого века…
Акиба не сразу взял протянутую книгу, некоторое время с изумлением рассматривая Ринтаро. Потом не выдержал и расхохотался:
— А ты и в самом деле любишь книги…
Смех был заразительный, весёлый, совершенно не подходящий для мрачноватой атмосферы «Книжной лавки Нацуки».
— Добро пожаловать в лучший в мире книжный магазин «Сэкай итибандо»! — горделиво сказал кто-то, стоило Ринтаро толкнуть массивную дверь.
Помещение напоминало школьную аудиторию — только очень большую. С потолка свисала громадная люстра, пол был застелен мягким ковром, скрадывающим шаги, а все четыре стены задрапированы алыми шторами. В глубине избыточно роскошного помещения стоял огромный, сверкающий полировкой стол, и за этим столом сидел худощавый пожилой джентльмен с красивой седой шевелюрой. Он расслабленно прислонялся к спинке чёрного офисного кресла. На нём был строгий, безупречно отглаженный костюм-тройка, руки сложены на столе. Он с неожиданной теплотой смотрел на вошедших гостей.
— Я представляла его совершенно иначе, — тихонько шепнула Саё. — Первый раз вижу такого президента — не толстого и не лысого, даже странно. Может, это просто менеджер, который притворяется президентом?
Ринтаро только скептически улыбнулся. Наивность Саё была просто очаровательна.
Мужчина, сидевший в кресле, поднял руку в знак приветствия.
— Входите. Я президент этой фирмы. — Он жестом указал на диван рядом с собой.
Ринтаро и Саё были не против того, чтобы присесть, однако постеснялись садиться на такой роскошный диван, обитый каким-то пушистым мехом. Они так и остались стоять. Но президент словно бы и не заметил.
— Вы проделали такой длинный и трудный путь… сочувствую. Думаю, это было непросто. Кабинет довольно далеко от входа, и охранники не слишком дружелюбны.
— Нашего друга не пропустили сюда, — заметил Ринтаро.
Президент сощурил глаза под седыми бровями.
— Прошу меня извинить. Не люблю котов.
— Они вам так неприятны?
— Не могу сказать, что неприятны. Просто не люблю. Особенно умных котов.
Президент улыбнулся. Улыбка была наилюбезнейшая, однако от резкого тона Ринтаро передёрнуло. Он напрягся, но президент опять ничего не заметил — или сделал вид, что не заметил.
— Это было невежливо по отношению к гостям из «Книжной лавки Нацуки»… Но что поделаешь. Приношу свои извинения…
— Вы знаете «Книжную лавку Нацуки»?
— Разумеется. — Президент погладил подбородок. — Это старомодный букинистический магазинчик, где куча всяких умных книг, которые продавец собирает для собственного удовольствия. Магазинчик переживает тяжёлые времена, никто ничего не покупает. Я просто завидую его владельцу — никаких обязательств, никакой ответственности, никто не давит… — Президент изобразил любезную улыбку.
Атака была совершенно неожиданной. Похоже на объявление войны. Саё даже испугалась такого напора, но Ринтаро не дрогнул. Он с самого начала понял, что за улыбчивой внешностью скрывается опасный человек. Это было ясно уже тогда, когда сюда не пустили кота. Серьёзный противник.
Ринтаро приготовился к новой атаке, но президент мягко сказал:
— Очень интересно общаться с гостями из такого странного места. Просто не терпится послушать ваши байки…
— На вашем месте я бы сменил интерьер кабинета, — выпалил Ринтаро.
Президент молчал, онемев от неожиданности.
— При чём здесь интерьер?
— Эта сверкающая люстра, от которой просто голову ломит… Чересчур мягкий ковёр — всё это показуха. Чтобы пустить пыль в глаза. Это дурной тон. Может, вы всерьёз думаете, что так и надо, но я бы советовал поскорее всё переделать.
Президент поиграл седыми бровями, сохраняя на лице любезную улыбку.
Но Ринтаро не унимался.
— Извините за грубость… Но дедушка учил меня всегда говорить правду… Даже если человек обидится на тебя. Просто невозможно смотреть на всё это.
— Нацуки… Остановись… — одёрнула его Саё, и Ринтаро наконец закрыл рот.
