— Мой друг попросил меня спасти книги. Поэтому я здесь.
— Спасти книги?
— Да. Я должен вас остановить. Думаю, он имел в виду именно это.
— Какая чушь! Я же сказал — это просто работа, моя работа. Все эти рассуждения о спасении — пустые слова. Ничего общего с реальностью.
— Но вы относитесь к книгам как к мусору, как к обрывкам бумаги. Что может дать читателю человек, создающий книги, при таком отношении? Люди и так читают всё меньше и меньше. И если человек вашего статуса так презирает книги, то все разочаруются в чтении окончательно. Люди перестанут читать! И покупать книги. Разве я не прав?
Седовласый президент сидел неподвижно, внимательно слушая отповедь Ринтаро. Его глаза под кустистыми седыми бровями ничего не выражали. На губах играла лёгкая улыбка, отчего лицо казалось ещё загадочней.
Вдруг плечи президента мелко затряслись, а потом буквально заходили ходуном: президент истерично расхохотался. Смех был пронзительный и какой-то сухой, он разносился по всей комнате. Ринтаро и Саё растерянно умолкли. Президент всё смеялся и смеялся и никак не мог остановиться. Чтобы успокоиться, он даже ладонью рот закрыл, потом несколько раз стукнул кулаком по столу — и только тогда взял себя в руки.
— Ну… ты глупец, — всё ещё не отсмеявшись до конца, холодно сказал он. — Нет, ты не один такой дурак. Эти глупости, что ты вот сейчас тут нагородил, повторяют многие. Это очень распространённое заблуждение.
— Почему заблуждение?
— Потому что. Потому что это верх глупости — думать, что невозможно заставить людей покупать книги. — И президент снова визгливо рассмеялся. — Только глупцы могут утверждать, что в наше время книги плохо продаются. Книги великолепно продаются! И наше издательство просто процветает!
— Вы насмехаетесь надо мной?
— Вовсе нет. Это факт. Книгу очень легко продать. Нужно только помнить одно правило. — Президент радостно посмотрел на мрачно молчавших Ринтаро и Саё и закончил шёпотом, словно раскрывая страшную тайну: — Нужно продавать то, что покупается. Вот это правило.
Странная логика, подумал Ринтаро. Тут явно какой-то скрытый смысл.
— Именно так, — улыбнулся президент. — Мы продаём книги вовсе не для того, чтобы дать читателю знания. Мы выпускаем книги, которые людям нравится читать. Меня не интересуют книги, в которых есть идеи, философия — словом, то, что, как считалось раньше, нужно передавать из поколения в поколение. В том числе эзотерические откровения или жестокая правда жизни. Ныне общество не нуждается в подобных книгах, они не будут раскуплены. Издателю не нужно знать, что необходимо сказать миру. Ему нужно знать, что этот мир хочет услышать. Вот что нужно понимать.
— Послушайте… Вы говорите ужасные вещи.
— Ну раз ты это понимаешь, то ты умный мальчик. Выдающийся! — Президент со смешком взял со стола пачку сигарет и закурил. — Но это правда жизни. Именно так мы получаем хорошую прибыль.
Над столом вилась лиловая струйка сигаретного дыма. Сквозь дым было видно, как за окном беззвучно падают книги.
— Если твоё детство прошло в книжном магазине, то ты должен понимать это, Нацуки. Люди очень заняты, у них слишком мало времени, чтобы тратить его на толстенные литературные шедевры, да и денег тоже жаль. Однако для социального статуса книги всё ещё имеют значение. Полагаю, каждый человек захочет создать видимость образованности, изображая, будто читает сложные книги. Мы учитываем потребности таких читателей — и делаем для них соответствующие книги. Иными словами, простой пересказ или краткое изложение разлетаются как горячие пирожки! — Президент довольно рассмеялся. — Другим хочется пощекотать себе нервы, и для таких подойдёт описание насилия или эротика. Есть ещё категория — люди, страдающие полным отсутствием воображения. Для них мы издаём «правдивые жизненные истории» — о том, что якобы действительно произошло. Это расходится лучше всего, даже допечатки делаем. Огромная прибыль, продажи растут.
Ринтаро почувствовал, как к горлу подкатывает тошнота.
— Для тех, кому совсем не до чтения, сойдут каталоги с краткими аннотациями. Если не знать правил создания успешной книги и правил успешного продвижения книги, то не сразу поймёшь, будет читатель покупать эту книгу или нет. А самое главное — это отсутствие рисков.
— Прекратите!
— Не прекращу. — В голосе президента зазвучали стальные нотки.
Ринтаро показалось, что в комнате резко упала температура. Но хотя ему было жутко холодно, лоб покрылся испариной.
Президент повернулся в кресле и искоса взглянул на Ринтаро.
— Есть огромная разница между книгами, которые интересны лично тебе, и теми, что хотят получить люди. — Взгляд президента смягчился, в нём даже было некое сострадание. — Вспомни, много ли покупателей было в «Книжной лавке Нацуки»? Сколько людей сейчас читают Пруста или Ромена Роллана? Кто станет покупать такие книги за немалые деньги? Ты, наверное, понимаешь, что нужно многим людям… Чтобы книга была лёгкой для понимания, захватывающей и дешёвой — вот чего они хотят… И книге приходится меняться, тут ничего не поделаешь…
