– Почему ты не хочешь мне сказать? – Я двинулась вперед, пока мы не оказались лицом к лицу. Мне нужно было, чтобы он посмотрел на меня, по-настоящему посмотрел и понял, что я говорю совершенно серьезно. – Я не собираюсь осуждать тебя, Нэш. Мы нажимаем на болевые точки друг друга. Я говорю, что ты жесток. Ты утверждаешь, что мое имя – проклятие и грех. Но разве я когда-нибудь, хоть на одну секунду заставляла тебя чувствовать, что я считаю тебя чем-то меньшим, чем ты есть на самом деле?
– Нет. – Правда повисла между нами, как незваный гость, задержавшись слишком надолго, пока мы задавались вопросом, как она вообще тут очутилась. Он потер затылок, прежде чем сунуть руку в карман. – Соседнее здание.
– Что с ним?
– Я останавливался там однажды. Мы с Делайлой ели в ресторане на крыше. На свежем воздухе. Под открытым небом. Дерьмовая кухня, но мне казалось, я достаточно близко к небесам, чтобы прикоснуться к отцу, достаточно далеко от Истриджа, чтобы дышать, и достаточно близко к земле, чтобы убедить себя, что это реальность. Впервые мне захотелось сделать это. Управлять «Прескотт отелем», вместо того чтобы сжечь их дотла. Я покупаю здание и делаю из него небоскреб, выше, лучше, ближе к Луне.
Я запрокинула голову и посмотрела в потолок, жалея, что мы стоим не снаружи.
– Какое было небо?
– В смысле?
Бормоча магические слова, я опустила голову.
– Там были звезды?
– Это город…
– Что это значит? Да или нет?
– Нет, звезд не было.
– Беззвездная ночь, – прошептала я, зачарованная, не осознавая, что прижалась к нему.
Это случилось так быстро.
Наши губы соприкоснулись, зубы лязгнули.
Это был не милый поцелуй, он не заслужил милого поцелуя. Неважно, что думал о нем мир, неважно, каким спасителем считали его Истридж и СМИ, неважно, как сильно им бредили в «Прескотт отеле» и столовой, он не заслуживал милого.
Не от меня.
Никогда от меня.
Он целовал меня, как злодей, которым и был. Грубо и безжалостно. Я тянула его к себе: за шею, за кожу. Все, что попадалось под руку. Скользнув языком ему в рот, я боролась с ним каждым прикосновением.
Его руки обхватили меня за талию и подняли, словно я не весила ничего. Я обхватила ногами его спину, застонав, когда он положил меня на столешницу и прижался ко мне. Я прикасалась к его телу везде, куда могла дотянуться, так, будто оно принадлежало мне. Притворяясь, будто оно принадлежит мне.
Кончилось тем, что оба мы задыхались, его рубашка была порвана сбоку, моя – валялась где-то в другом конце комнаты, при этом он даже не снимал ее с меня.
– Лагом, – прошептала я, опуская свой лоб на его лоб, пытаясь отдышаться.
Он казался чем-то постоянным на вкус. Чем-то, что после расставания еще долго будет оставаться на моих губах.
И это казалось неправильным.
Целоваться с ним было неправильно.
Не потому, что он мой босс.
Не потому, что он жесток.
Не потому, что все возненавидят нас за это.
Не потому, что он брат моего лучшего друга.
Не потому, что когда-то я считала, будто влюблена в Рида.
А потому, что ничто, и я действительно уверена, что, мать его, ничто не заставит это быть правильным.
И если вдруг случится иначе?
Это тоже будет неправильно.
Нэш дышал мне в губы, все еще открытые, как будто делил со мной дыхание.
– Что такое «лагом»?
Мои руки упали ему на грудь, я ужаснулась тому, с какой скоростью бьется его сердце. Впрочем, так же быстро, как мое.
– Ни много, ни мало. Ровно столько, сколько нужно.
Я не верила в совершенство, но я верила в «лагом».
Это значило «правильно», пусть и необязательно «идеально».
И в мире, наполненном коварной ложью, это была правда, за которую я цеплялась.
Нэш запустил руку в мои джинсы, проведя большим пальцем по складке между бедром и лобком.
– Почему не сказать «идеально»?
Я покачала головой, потрясенная этой мыслью.
– Совершенство недостижимо. Оно запятнано страданием, которым полна погоня за ним. Совершенство – это то, что понимаешь головой. Лагом – это то, что чувствуешь сердцем.
Его пальцы пробежались вдоль моих трусиков, костяшки пальцев задевали кожу.
– Почему ты смотришь на меня так? – спросила я и отодвинулась, но он крепче сжал мою талию, придвинув меня ближе, прежде чем отпустить.
– Я думал о слове. – Он прошептал его одними губами, как делала я, выглядя немного нелепо и мило. – Так вот на что это похоже?
– На исцеление?
Взгляд Нэша замер в пространстве между нами.
– Нет.
Он не стал вдаваться в подробности, да я и не хотела, чтобы он делал это. Нет, если это разрушит мои магические слова. Он обладал силой, а я была слишком осторожна со словами, чтобы рисковать ими.
– Что за слово? – спросила я.
Отчаяние не шло мне, но я должна была знать.
Нэш провел большим пальцем по моей щеке и впился своими губами в мои. Он целовал меня так, словно я – ядерная бомба и он должен разрушить меня, чтобы спас тись. Его язык скользнул меж моих губ, задев мой. Я вцепилась в его рубашку, а он схватил меня за волосы, пропуская сквозь них пальцы так, будто умолял меня выдохнуть. Кафуне.
