Я выхожу из нее, оставляя внутри только головку члена, а затем резко вхожу, и холодный пластик под нами прогибается. Аспен вздрагивает от удовольствия, обнимает меня ногами и запускает пальцы в мои волосы, а я приподнимаюсь и погружаюсь в нее, глядя ей прямо в глаза.
– Подними майку, – приказываю я, дабы снова увидеть эту чертовски красивую грудь.
Она спрятана за полоской кружева, которая не скрывает ее твердых сосков. Наклонившись, я беру один из них в рот прямо через ткань, игнорируя этот барьер, и начинаю то покусывать, то посасывать твердый бугорочек.
Аспен выгибается, прижимаясь грудью к моему лицу, и когда я слегка прикусываю ее сосок, она вскрикивает.
Это такой приятный звук.
Я ускоряю движения, и каждый раз, когда вхожу в нее, из груди Аспен вырывается стон. От этих чудесных звуков мои чувства обостряются, а яйца напрягаются.
Переключив внимание на другую грудь, я провожу рукой между нашими телами и, переходя на короткие толчки, ласкаю ее клитор. Я хочу, чтобы мы достигли оргазма вместе и оба погрузились в приятное забытье. Не знаю почему, но мне кажется, что это правильно.
Аспен тяжело дышит и стонет подо мной. Она впивается ногтями в мою кожу, а затем сжимает мои волосы и тянет за них, словно пытаясь заставить меня двигаться быстрее. Мой самоконтроль ослабевает, превращаясь в тонкую нить, которая делает меня человеком, готовым следовать ее указаниям.
– Я собираюсь кончить в тебя, – предупреждаю я ее, разрывая поцелуй, но каждое мое слово словно его продолжает. – Тебе же это нравится? Ходить вместе со мной по грани.
Я ускоряю движения пальцев на ее клиторе, и она беззвучно просит меня продолжать, но затем откидывает голову назад и закрывает глаза, словно пытаясь отстраниться.
Но от меня не уйти.
Я кусаю ее за шею, и все ее тело содрогается. Она смотрит на меня сквозь призму своего удовольствия и изумления, и я ухмыляюсь, потому что уже почти достиг пика, а она – нет. Но затем Аспен вздыхает и говорит:
– Пожалуйста, не останавливайся. – Она произносит эти слова будто нараспев, но я не намерен лишать ее кайфа.
Еще одно движение – и мышцы ее влагалища почти до боли сжимаются вокруг моего члена, когда ее накрывает оргазм. Аспен впивается ногтями в мою шею, и я полностью погружаюсь в нее, испытывая сильнейший оргазм в своей жизни.
Мы стоим обнявшись целую минуту, а затем я чувствую вибрацию и возвращаюсь в реальность.
– Телефон, – говорит Аспен.
Она расслабилась, но, кажется, не возражает против того, что я все еще внутри нее. Мой член уже наполовину обмяк, но мне хочется побыть в ней еще хотя бы немного.
Внезапно телефон перестает вибрировать, но затем начинает вибрировать снова. Я понимаю, что это звонит мой отец, и мое настроение сразу портится. Возможно, он сейчас где-то рядом и ждет, чтобы познакомить меня со своей новой женой.
Словно старая боль, ко мне возвращается гнев, но когда я выхожу из Аспен и вижу доказательство того, что мы только что трахались, это немного успокаивает меня.
Впитывая в себя это ощущение, я встаю и протягиваю ей руку, но, прежде чем взять ее, Аспен несколько секунд пристально на нее смотрит. Я помогаю ей слезть с замбони, достаю из кармана джинсов ее трусики и надеваю их на ее ноги. После этого прижимаю ладонь к ее киске.
– Стил…
– Мысль о том, что сейчас между твоих ног растекается моя сперма, не дает мне сорваться, – тихо говорю я ей и вновь ощущаю вибрацию своего телефона. – Вот черт, – говорю я, снимая с замбони джинсы, в которых лежит мой телефон.
– Она не так уж плоха, – говорит Аспен, скрещивая руки на груди.
Она уже поправила свою майку, и я молча протягиваю ей джинсы, которые лежали на сиденье.
Она вполне может быть такой, какой я ее себе представляю.
– Ну, раз уж она вырастила тебя, – бормочу я, – то…
– Именно так, – говорит Аспен, надевая джинсы и морщась. – Мне не нравится ощущение между ног. Мои трусики станут мокрыми.
– Ну и хорошо, – отвечаю я резко, и она приподнимает бровь. – Надеюсь, мы пахнем сексом, – продолжаю я. – И твоя мать, которая так падка на деньги, сможет понять, чем мы занимались. Ведь она делает то же самое с моим отцом.
Удар приходится прямо на мой ушибленный бок, и, ощутив острую боль, я стискиваю зубы.
– Перестань называть ее так, – шипит Аспен. – Если бы ты знал о нас хоть что-то, то твое мнение бы изменилось. – Она обходит меня и, достав телефон из кармана моих брюк, отвечает на звонок. – Да, – громко говорит Аспен в трубку. – Он потерял свой телефон, и я помогала ему его найти. Сейчас мы придем. – Аспен вешает трубку и, хмуро глядя на меня, спрашивает: – Ну?
– Ну – что?
Какого хрена я чувствую себя дерзким ребенком?
Опомнись!
– Пойдем, встретимся с палачом.
Я знаю, что она говорит это с сарказмом, но в некотором смысле именно это нам и предстоит.
При встрече со Стилом Леннокс и Дакота ведут себя очень радостно. Они сидят за столиком в ресторане своего отеля вместе с мамой и Стивеном. Кажется, ресторан работает допоздна, чтобы накормить гостей, приехавших на игру. И здесь, как ни странно, очень оживленно.
