Четырнадцатый ярус Ковчега — гигантский техногенный лабиринт из металла, пластика и стекла, был населён потомками тех, кто когда-то был похищен с Земли. Они построили здесь свою новую жизнь, и иногда даже старались сохранить названия родных городов, но добавляя к ним приставку «Новый», словно старались не потерять связь с прошлым. Хотя таких городов было не так уж и много. Некоторые потом переименовывали, именно из-за влияния новых поселенцев, или даже представителей других разумных рас. Именно таким городом и был Гринхейвен. Его первое наименование уже затерялось глубоко в веках, которые невольные переселенцы с Земли были вынуждены выживать на борту Ковчега. Но он всё ещё был достаточно крупным, чтобы вынуждать считаться с ним всех жителей ближайших к нему поселений. Хотя, те самые города, что располагались ближе к центральной части Ковчега, были куда более крупными.
Этот город раскинулся на нескольких уровнях, состоящих из узких улиц, балконов и соединительных мостов. Постройки, оставленные создателями Ковчега, возвышались, словно гигантские муравейники, с множеством ярусов и запутанных внутренних переходов. Они не предназначались для человеческого удобства, но жители, оказавшиеся в этом месте, быстро адаптировались к такому способу жизни. Внешние стены строений были укреплены металлическими пластинами и импровизированными баррикадами, отражающими бесконечные попытки диких существ проникнуть внутрь. На узких улицах, казалось, не прекращаясь ни на минуту гудела жизнь. Здесь постоянно перемещались примитивные грузовые платформы на электроприводе, везущие товар между мастерскими и рынками. Самые важные из них — оружейные мастерские, производящие самострелы и боеприпасы для них. У более состоятельных стражей можно было заметить даже, хотя и достаточно редкие, экземпляры огнестрельного оружия. Но они были либо слишком ценны, чтобы тратить их на простых бандитов, либо использовались только в крайних случаях.
Социальное устройство этого города было основано на кланах, контролирующих знании. Учёные… Техники… И те же инженеры… Все образовали закрытые кланы, в которых передавали знания только своим. Эти кланы контролировали лаборатории и исследовательские центры, занимаясь генетикой, фармацевтикой и технологиями, уцелевшими со времён, когда все они попали на борт Ковчега. Их власть, по крайней мере в этом городе, была огромна. Ведь без их знаний было просто невозможно поддерживать систему взаимоотношений и контроля населения города.
Важнейшая часть города — биофермы, были скрыты в нижних ярусах. Они обеспечивали продовольствием всё это поселение, производя даже синтетическое мясо, водоросли и другие питательные субстанции. Работать там могли только доверенные люди. Ведь на борту Ковчега именно пища была одним из главных ресурсов. Охрану города обеспечивали городские стражи — мужчины и женщины, одетые в защитные жилеты и вооружённые самострелами, клинками и иногда ржавыми пистолетами, оставшимися от первых дней появления этой весьма своеобразной колонии. Они поддерживали порядок, тщательно следя за тем, чтобы никто не пытался силой проникнуть в закрытые зоны или нарушить хрупкий баланс власти. Кроме того, все жители Гринхейвена были суровы, насторожены и привыкли бороться за каждый ресурс. Они помнили легенды о Земле, но теперь Ковчег был их единственным домом, и они были готовы защищать его любой ценой.
В самом сердце четырнадцатого яруса, среди извилистых коридоров и закрытых секторов, скрывалась центральные лаборатории, которые можно было бы даже назвать алхимическими мастерскими войны. Здесь, в гулком металлическом нутре Ковчега, ученые и техники работали над восстановлением старого и созданием нового, стремясь вернуть человечеству то, что оно практически потеряло. Настоящее огнестрельное оружие. И в одном из отделений лаборатории, среди стальных столов, покрытых химическими реактивами и стеклянными колбами, ученые пытались синтезировать порох. Любые подходящие для этого ресурсы весьма старательно собирали практически по всему Ковчегу. Редкие минералы, продукты разложения, и даже переработанные остатки неизвестных веществ со старых складов. На стенах лаборатории висели выцветшие плакаты с формулами, найденными в уцелевших архивах. Сера… Древесный уголь… Селитра… Простая истина, но здесь, в условиях нехватки сырья, добиться стабильного состава было невероятно сложно. И каждый новый эксперимент был риском. Иногда пробные партии взрывались прямо в руках лаборантов, обдавая огнем столы и стены. Иногда, наоборот, полученная смесь оказывалась бесполезной, сгорая без необходимой силы. Прозрачные перегородки из усиленного пластика защищали наиболее ценные эксперименты, а на руках некоторых учёных были заметны практически вечные следы ожогов. Как следствие неудачных попыток.
