— А Ггиша? — снова спросила Милана. — Может, он пйидет за нами? Вместо папы? — глаза девочки игриво заблестели, словно она знала какой-то суперсекрет.
Лена прижала ее к себе и погладила по волосам.
— Игра скоро закончится, — сообщила она и вернулась к окну.
Одно из тел возле броневика приподнялось.
Глаза уловили движение на соседней крыше. В коридоре снова заурчало. А затем дверь затряслась и чуть не слетела с петель от удара. Задрожавшие пальцы едва удержали пистолет.
Нужно уходить. Здесь их ждет отстроченная смерть. И в подтверждение ее мыслей, дверь снова встряхнуло от сокрушительного натиска. Ученая распахнула окно, схватила дочку и взобралась на карниз. Через полтора метра была пожарная лестница. А под ней — Нива. Если им повезет…
****
Казалось бы, все шло, как нельзя лучше. Хаос идеален для побега, а нечисть прекрасно справляется с функцией оружия массового поражения.
Афродита с Томасом забрали снаряжение со склада. Старый толстый каптерщик был лишним свидетелем — его не жалко. Впрочем, как и остальных. А пока зеваки дремали на боевых постах, сосредоточив внимание на угрозу извне, диверсанты с легкостью преодолели Стену с помощью альпинистского снаряжения.
Сейчас они катили по избитому асфальту на двух маневренных унициклах, в респираторах и очках ночного видения. Заряда моноколес хватит, чтоб выехать далеко за пределы Долины, а потенциальная скорость транспорта позволит оторваться от большей части врагов. Аэрозоль скрывал запах и нечистые не гнались за ними, как волки за кроликами. Несколько раз все же пришлось спрятаться в придорожные заросли, когда проезжали машины или пролетал вертолет. Но, в целом, все шло хорошо.
И было только одно, вызывающее у Диты необыкновенную досаду — оказалось, что начальница Логоса забрала часть их вещей. Там был спутниковый телефон, неимоверно ценная сейчас вещь — она с легкостью пережила это. А вот цветок Этернум… если она хотела победить свое уродство, то без артефакта не обойтись. Пазл с Саморожденным не сложить без алгоритма — и она чувствовала, что розовый лепесток был важнейшим звеном. Необычный цветок, которого не должно было быть в этом мире, был единственным, что оставил после себя Распутин — который странным образом основал не только Синдикат, но и Церковь Неофитов. Теперь искать нужно было не только Ковчег, но и розу.
Моноколеса с легким гудением свернули вправо, затем влево, и еще раз влево — под заброшеной автомойкой. На перекрестке стоял бронированный джип, а на асфальте не первой молодости валялись растерзанные тела. Недавно здесь была схватка.
Нечистые могли быть рядом. Она жестом приказала Томасу сохранять тишину и, не прекращая движение, они приготовили арбалеты к бою.
Под двухэтажкой с вывеской «Паприка» тепловизоры засекли нечистого. Продолжая ехать, Божья невеста отправила дротик — едва слышный свист, и череп морфа треснул, как ореховая скорлупа.
Томас указал на что-то возле машины, въехавшей в ларек. Тепловой образ был странным — сразу и не разберешь, что это. Они затормозили, выбивая щебень моноколесами. Изображение разделилось: женщина с ребенком?
Мишени скрылись в Ниве, загудел двигатель, и машина попыталась выбраться из ларька. Томас повторил выстрел — стрела пронеслась навылет, продырявив и заднее, и лобовое стекла. Донесся детский визг.
Сбоку возникло яркое оранжевое пятно, и Афродита поразила его, но не в голову — и тварь исчезла в выколоченных дверях фитнесс-центра.
Нива выехала задом на проезжую часть, и богобрат снова выстрелил. Было непонятно, попал ли дротик, но машина все же остановилась.
Слева вспыхнул яркий свет: нечистый атаковал негра, который лишь чудом сманеврировал моноколесом на пару метров левее. Афродита промазала.
Из темноты, из домов и закоулков вынырнули твари — их было много… не меньше десятка.
Агенты Синдиката лавировали и остреливались, когда Нива наехала на Томаса — тот не успел отскочить, со стоном слетел с капота, а моноколесо оказалось под днищем машины. Афродита выскочил перед водителем, выставив Слонобой.
За рулем была Крылова. А у нее должны быть цветок Этернум и телефон. Сердце чуть не выпрыгнуло из груди от такой удачи. Все встает на свои места.
— Вылезай, сучка! — выкрикнула брюнетка. — Где мои вещи?
Ученая вытаращилась… шины завизжали, и Нива рванула. Афродита выстрелила в капот — и едва сумела отскочить. Моноколесо закрутилось, наехало на бордюр, и она упала.
Машина заглохла метрах в десяти.
