Очередная дверь, за которой не было мужа.
— Елена Ивановна! ЕЛЕНА ИВАНОВНА?! — запыханный голос настойчиво выдергивал ее из жутких воспоминаний…
Она пришла в себя и осознала, что ноги сами принесли ее на противоположную сторону площади — к Кубу. Это было черное здание соответствующей формы, обшитое железом, и являющееся штабом, фактически, главным зданием Илиона, его глазами, ушами и даже «руками». Центр оперативного управления, ощетиненный десятками антенн, нашпигованный электроникой, оружием и хранилищами. В Кубе всегда по ночам кто-то дежурил.
— Лена, ты куда? Ты в порядке?
Она узнала и силуэт, и хриплый баритон мужа, смешанный с шумными выдохами — Илья курил в компании с капитаном Шпигиным. Это огоньки от их подкуренных сигарет напомнили ей лазерные прицелы… Рядом стоял запыхавшийся Крез — за начальницей пришлось бежать.
Конечно, рядом с мужем все представители сильного пола терялись — и это было применимо не только к капитану или старому ученому. Полковник Горин был высоким, атлетичным мужчиной не старше 50, но выглядел он так, что легко дал бы фору и соперникам помоложе. На лысой выбритой голове гордо красовался римский профиль. Гибрид Брюса Уиллиса и Дуэйна Джонсона Скалы. Мужчина фетиш. Правда, сейчас Лена уже не считала, что схватила удачу за хвост — как в 26-м. Их супружеские отношения давно пошли трещинами, и чаша эта если и была наполнена, то лишь болью и разочарованиями.
Горин сделал затяжку, и вспыхнувший кончик сигареты осветил его губы. Раньше они сводили ее с ума, теперь же губы мужа вызвали лишь воспоминание, как он неделю назад поздравил ее с днем рождения. Илья поднял жену в воздух, удерживая ягодицы огромными ручищами, и вошел внутрь — грубо, как матрос в карибском порту. Его полные губы пожирали Лену, сделав уши и волосы мокрыми от слюны — хоть бери и выкручивай. На кухне до сих пор валяются сковородки и половники, сорванные со стены, куда он вдавил ее…
Это был примитивный секс с идеальным самцом, и в то же время — с грубым, раздражительным человеком, не контролировавшим свою агрессивность. Она кончила, но было больно, а внутри, кроме семени, остался неприятный осадок, как после унизительного изнасилования.
— С Артуром случилось что-то нехорошее. Илья, нужно срочно отправить за ним вертолет!
— Стой-стой… да погодь! — оборвал ее Горин. — Я знаю, что самолет Мчатряна пропал с радаров. Но рано вставать на дыбы — прошло-то минут десять.
— 50 минут, — вклинился Шпигин, взглянув на часы, но сразу же умолк, встретившись с раздраженным взглядом командира.
— Мы должны вылететь на его поиски! — настаивала Крылова, терроризируя на запястье браслет из ярких резинок.
— Где и как мы будем искать его посреди ночи?! — голос Горина возрос, но лицо сохраняло невозмутимость. — Я не буду рисковать своими людьми. Самое раньшее, когда сможем вылететь — за час до рассвета. Часов в 5–6. Если у Мчатряна проблемы — пусть свяжется с нами.
— Босс, там же Паркер передал, что спутник засек вспышку с огнем, — снова влез Шпигин, заискивающе заглядывая в глаза полковника. — Пламя от упавшего самолета, вроде. Я думал, что мы полетим…
Стив Паркер с форта Джефферсон, их давний друг, всегда помогавший с данными американских спутников. Горин метнул сердитый взгляд на капитана, и тот заткнулся, пока командир недовольно качал головой. Несомненно, это кошмар, если поблизости бродит маньяк с зениткой, сбивающий самолеты… но сейчас он не был готов уступить своей жене.
— Дорогая моя, ты же такая умная… — он сплюнул табак. — Неужели ты веришь во всю эту хрень под названием «ковчег»? Это что — корабль? Что за бред, елки-палки?!
Действительно, Крылова не знала, что такое Ковчег, но она верила Артуру. В голове снова прозвучали его утренние слова: «Я назвал его Ковчегом. Символически, конечно. Он необыкновенный, ты увидишь. Лена, с его помощью мы спасем человечество».
— Илья, нам нужно это! А Ковчег — это вместилище, в первую очередь. Что конкретно — я не знаю. Но, скорее всего, это лекарство. Чтобы это ни было, нам без него — крышка! Ледники тают — теперь и Колонии под угрозой. Нам срочно нужно это… хоть что-то…
— Вместилище-хренилище, — он с ухмылкой передразнил жену и ущипнул за задницу. А у нее от злости даже скулы свело.
