– Я объясню все подробно, когда у нас будет больше времени. Но с той секунды, как Адриэль заполучил твоего дядю, он понял, что теперь ему удастся выманить и тебя. Он охотился за тобой усерднее, чем когда-либо, и мы с Сориком знали, что, если не доберемся до тебя первыми и не уведем, у тебя не будет ни единого шанса против него. Адриэль проинструктировал, что все захваченные вами ламии должны просить говорить только с тобой, и, если им представится такая возможность, убедить тебя, что они помогут освободить твоего дядю и его друга. Поэтому, когда я обнаружил, что ваш паладин выследил группу охотников, я понял, что это лучший шанс добраться до тебя раньше, чем это сделает любая другая ламия. – Сиа качает головой. – Я не собирался сдавать тебя Адриэлю, – добавляет он, и в его голосе слышатся умоляющие нотки. – Но я ощутил вкус твоей магии, и все, о чем я мог думать, так это о том, что ты наконец можешь покончить с этим, – объясняет Сиа. – Ты можешь победить Адриэля, а мы, – он оглядывается на Сорика, – мы больше не хотим жить под его властью. У твоих Избранных есть план, и я не шутил, когда сказал, что помогу изнутри, но я не мог рассказать тебе обо всем, рискуя, что Адриэль все поймет, если выпьет твою кровь. Твое потрясение от предательства должно было быть искренним.
Замечаю отчаяние, сквозящее во взгляде Сиа. Я не уверена, чего он хочет больше: чтобы я поверила ему или чтобы Адриэлю поскорее пришел конец. Впрочем, одно с другим связано. На моем предплечье вспыхивает фиолетовый отблеск, затем исчезает. Вот и хорошо, магии незачем вмешиваться в объяснения Сиа.
– Я ни в чем не виноват… – говорит он и замолкает.
– Хорошо, – киваю я, снова встречаясь с ним взглядом. – Хорошо, – повторяю снова, и это слово наполнено прощением.
– Винна…
– Я поняла, – перебиваю его. – Но потом, ладно? Подожди, когда все закончится, мы со всем разберемся, – умоляю я, понимая, что сейчас не время и не место обсуждать это.
Голодный взгляд Сиа скользит по мне, затем он послушно отступает на шаг. Прохожу мимо него, стараясь не обращать внимания на то, как загорается мое тело, когда я касаюсь его. Сорик подходит, чтобы обнять Сиа, его лицо озаряет улыбка. Он сильно хлопает приятеля по спине и говорит что-то, но что – я не слышу. Бэкет вопросительно смотрит на меня, и я пожимаю плечами, не желая объяснять, что Сиа – мой седьмой партнер. Этот факт уже не так пугает меня, как с первой пятеркой отмеченных и с Торрезом. Кстати, ребята уже предвидели, что Торрез станет следующим Избранным, и, кажется, были не против. Значит, они должны принять и Сиа. Я начинаю лучше справляться с ударами судьбы. Какой бы ни была причина, я рада чувству умиротворения, которое охватывает меня.
– Хорошо, теперь, когда мы зарядили батарейки Стража, могу я спросить, каков наш дальнейший план? – спрашивает Бэкет, и Сорик поворачивается к нам.
– План состоит в том, чтобы вытащить вас обоих отсюда. Адриэль
–
Секунду я раздумываю, стоит ли нам вступить в драку, но быстро решаю не делать этого. Мы загнаны в угол, и мы в меньшинстве. Даже если мы уничтожим этих двоих, нет никакой гарантии, что мы сможем добраться до Адриэля, убить его и выбраться из гнезда. Лучше действовать по-тихому: активировать руны, когда они приведут нас к Адриэлю, и дождаться подкрепления.
Чувствую напряжение, исходящее от всех в камере, и за спиной подаю знак своему маленькому отряду, чтобы они ничего не предпринимали. Надеюсь, они поймут меня.
– Тогда веди нас к нему, – говорю я ламии, и он усмехается. Затем с быстротой молнии хватает меня за ворот свитера и притягивает к себе. Я пытаюсь удержаться на ногах, когда меня вытаскивают из камеры и тащат по коридору. Когда коридор поворачивает, дверь одной из камер распахивается, и я вижу Лахлана, которого, очевидно, тоже волокут к Адриэлю. Не знаю, продолжали его пытать или это физическое проявление горя из-за потери партнера, но он выглядит так, будто может умереть в любую минуту. Я не могу обернуться, чтобы посмотреть, что там с Бэкетом, Сиа и Сориком, но время от времени слышу, как кого-то из них бьют и приказывают двигаться быстрее.
