Главная причина задержки нашествия — иная. Мамай ждал осени, когда русские земледельцы соберут урожай. Его приказ гласил: «Пусть не пашет ни один из вас хлеба, будьте готовы на русские хлеба»[114]. Это высказывание Мамая отмечено лишь в одной — Основной редакции «Сказания о Мамаевом побоище». Его следовало бы, по логике некоторых исследователей, определяющих достоверность сообщения по многократности его повторения в различных списках «Сказания», считать поздней, не соответствующей действительности вставкой. Ведь широко распространено мнение, что ордынские кочевники почти не занимались земледелием.
Но вот совсем недавно при раскопках золотоордынских городищ Актобе и Сарайчик (Гурьевская область) в культурном слое XIV века ботаники обнаружили пыльцу пшеницы, овса, ячменя и проса[115]. Эти находки наряду с некоторыми письменными данными, несомненно, свидетельствуют о выращивании хлебов в местах более или менее постоянных поселений кочевников этого времени. Приведенный пример показывает, с каким вниманием следует относиться к текстам «Сказания», объявляемым иногда поздним и не вполне достоверным изложением событий эпохи Куликовской битвы.
Узнав о надвигавшейся грозе, Великий князь Дмитрий Иванович сразу принял меры по укреплению Москвы, Коломны, Серпухова и других городов[116]. Москва становится организационным центром подготовки отпора новому нашествию. Вскоре сюда прибывают многие ближайшие князья и воеводы. Среди них первым был будущий герой Куликовской битвы, двоюродный брат Дмитрия Ивановича храбрый и энергичный князь Владимир Андреевич.
Церковь советует Дмитрию Ивановичу задобрить Мамая, удовлетворив его требование о непомерном увеличении дани: «…сколько можешь собрать золота и серебра, пошли ему и укроти его ярость»[117]. В Орду направляется многоопытный посол Захарий Тютчев. Еще в пути он узнает о заговоре против Москвы (между Мамаем, Ягайла Литовским[118] и Олегом Рязанским) и сообщает об этом Дмитрию Ивановичу. Зловещее известие о возможном объединении противников не сломило Великого князя, хотя он «впал в великую скорбь и печаль», особенно из-за измены рязанского князя.
Сразу были разосланы гонцы по всем русским землям «собирать всех людей в войско». Первый призыв («да готовы будут против татар») был послан, вероятно, еще в июне, после встречи Дмитрия Ивановича с ближайшими князьями и воеводами на пиру у воеводы Микулы Васильевича. К этому времени были получены точные сведения о неизбежности нашествия Мамая на Русь. Сбор общерусского воинства был назначен в Коломне, по одним источникам на 11 июля[119], по другим — на 31 июля[120].
Высылается в степь первая разведка — сторожевая застава — во главе с испытанными, закаленными в битвах витязями: Родионом Ржевским, Андреем Волосатым, Василием Тупиком, Яковом Ослябятевым и другими. Главная их задача: добыть языка для выяснения ближайших намерений Мамая. Дозор направился к Тихой, или Быстрой, Сосне — правому притоку Дона. Отсюда до кочевий Мамая в районе устья реки Воронеж оставалось «рукой подать» — около 120 километров. Позднее именно через Тихую Сосну двинулись на Куликово поле ордынские полчища. Здесь проходили какие-то старые дороги, по которым степняки совершали частые набеги на русские земли. Запись в «Книге большому чертежу» (XVII век) свидетельствует: «А ниже Луковца пала в Сосну река Хвощна, от Ливен верст в пол 30 (т. е. 25 километров. —
Крепко надеялся Дмитрий Иванович на первую дозорную стражу. Каждый день с нетерпением ожидали ее возвращения. Но степь как бы поглотила витязей, и не было от них вестей. Тревога росла, и вслед был послан второй сторожевой отряд — Климент Полянин, Иван Святослав, Григорий Судок и другие — с приказом быстро выяснить обстановку и немедленно вернуться.
Вскоре долгожданные известия были получены. Второй сторожевой отряд встретил в пути возвращающихся первых разведчиков, которые вели с собой ордынского языка. Пленный поведал, что Мамай непременно двинется на Русь. Но он не торопится, поджидая Ягайла Литовского и Олега Рязанского, а также осени, когда «возрастут плоды земные».
Нервное напряжение немного спало. Получив важную временную передышку, Дмитрий Иванович энергично занялся делами консолидации общерусского войска. Был разослан новый приказ о сборе в Коломне 15 августа, где каждому полку будет назначен воевода.
