Закат зимы, горящий на снегах!Земля вращается, часы бьют в городах,И как мне хочется уйти вместе с тобойВ дверь декабря, в забытый год иной.Где волшебство сияет, ослепляя,Где приключеньям нет конца и края,Где сфинксы, величавые мессиры,Внимают сладким звукам дивной лиры.К той Терре, где есть сонм цветов прекрасных,Где нет идей, родившихся напрасно,Где даже Время медлит свой отсчет,Неся часы по глади тихих вод.Жесток закон старинный! Лишь во снахВ желанных тех бываем мы местах.14. Ветер-звездовейВ осенних сумерках один есть дивный час,Когда снисходит ветр со звезд на нас,По улицам пустым пройдет во мгле,Погасит лампу позднюю в окне,Закружит листья палые акацийС космической, непостижимой грацией,Завьет колечки дыма, бросит ввысь,Где Фомальгаут рыщет, словно рысь.Лунопоклонникам-поэтам дарит онО югготских виденьях яркий сонИ ароматы дальних береговС пыльцой нездешних полевых цветов,Как жаль, что Звездовей нас всех покинет,И утром дивный сон бесследно сгинет.15. АнтарктосВ глубинах сна большая птица указалаМне черный конус средь полярной мглы,В кругу извечных снеговых завалов,Рожденных непреложностью зимы.Тропа живых туда не пролегала,Лишь поутру звезда скользящий луч,Великих Древних зная, направлялаНа конус выше самых грозных круч.И если б человек, безумец бравый,Дерзнул открыть дорогу и туда —То изумился бы: о, мать-природа, право,Шутница, раз такое создала!Но Птица скрытое дозволила зреть мне —Замерзший взгляд в подснежной мертвой тьме.16. ОкноМой старый дом был словно лабиринт —В пристройках разобраться я не мог,Не раз по коридорам я бродил,Не находя изведанных дорог.И было в одной комнате окно,Заложенное каменной плитой,Узнать, какой секрет хранит оно, —Такою с детства грезил я мечтой.Чем старше рос, тем любопытней был,И вот привел я каменщиков в дом,Плиту они пробили – воздух стылОкутал нас; мы глянули в проем,Они сбежали – я один осталсяСмотреть на мир, что мне во снах являлся.17. Памятный случайНад краем гор, прогалин и степейСияют звезды – так же, как и встарь,В кочевьях освещал огонь костраМохнатый скот, и щелкал хор плетей.А к югу вниз просторный дол сбегалДо темной и извилистой стены,Что змею первобытному сродни,Какого Хронос в камень заковал.На холоде пробрала дрожь меня —И я гадал, куда теперь пойду,Но встал вдруг кто-то в зареве огняИ пригласил по имени к костру.Приблизившись, взглянул я под клобук —И вздрогнул – звал меня оживший труп.18. Минские сады
