Девушка - та же, или уже другая, Кей не смогла понять - подошла к мраморному пьедисталу, легко на него забралась, усевшись нога на ногу, и подняла вверх руку.
Где-то ударили литавры.
Воздух зазвенел, завибрировал.
Кей вздрогнула, но, слава Потерянному, никто этого не заметил.
Она видела, как тело мужчины, стоящего к ней спиной, расслабляется - он начинает двигаться, в его шагах - грация большого хищного зверя, и он явно знает, что делает. Он обходит Рейнхарда справа налево, по дуге. Рин неподвижен. Кажется, он даже не следит за движениями противника.
Противника? Да. Очевидно, сейчас будет бой. Наверное, будет. Если Рейнхард в своем уме и не собирается стать подушкой для битья.
Его противник все медлит. Девушка в сорочке нетерпеливо покачивает ногой.
Рейнхард неподвижен, как ледяная статуя.
Кей вспомнила почему-то о том, какой температуры была его кожа, когда он все еще был проклят. На том контрасте пирожки можно было жарить.
"Давай, Рейни", - подумала Кей.
В следующий миг светловолосый здоровяк ринулся вперед. Он начал с обманного маневра, который должен был обеспечить ему быструю и неминемую победу. Но первая же его попытка дотянуться до точеного личика Рейни обернулась неудачей. Рейнхард слегка отшатнулся, удар прошел мимо, здровяк потерял, было, равновесие, но выправился, развернулся, ударил вновь.
Рейнхард пришел в движение. Кей почувствовала, как изнутри в ней поднимается волна какой-то странной, неуместной радости. Она знала, что в Рине прошиты основы рукопашного боя. Так делают со всеми прошедшими обучение элементалистами льда и огня. На ритуале им забивают в подкорку кое-какие важные, универсальные сведения и умения. Все-таки раньше из них делали солдат.
Но Кей никогда не видела, чтобы Рин эти свои знания применял. Впрочем, тогда это было ему не нужно. Когда он перестал быть спивающейся местечковой рок-звездой, он стал исключительным чародеем, повелевающим ледяными големами и армией прочих мелких морозных тварей. Когда уж тут вспомнинать навыки ритуала.
И вот, кажется, настал момент. Рин уходил от атак здоровяка легко. Но все-таки он был вымотан шестичасовым переходом. И он был голоден. Кей понимала, что долго он так резво не продержится. Ему нельзя постоянно уходить, ему некуда отсюда деться. Разве что по мостику - но тут его задержит толпа. Рано или поздно ему придется драться.
Кажется, Рин это тоже понял. В следующий раз вместо того, чтобы просто увернуться, он поймал летящий в него кулак, отсупил на шаг, словно в танце, обманчиво мягким движением повел здоровяка за собой и легко, будто пушинку, уронил его наземь.
Вместо того, чтоб отступить и дать верзиле подняться, Рин оседлал его сверху и заключил его голову в удушающий захват. Кей вспомнила, как он делал то же самое с Эрно. Но тогда у него не получилось. Теперь прием был проделан безукоризненно.
Рин зачем-то посмотрел в сторону сидящей на пьедитсале барышни. Та какое-то время просто взирала на него, не шевелясь, а потом небрежно махнула рукой.
Рин отпустил здоровяка, отошел на пару щагов и снова встал ровно.
Кей глазам своим не поверила. Это что было? У них сейчас еще раунды будут? И как? До трех? До пяти?
Девушка в сорочке снова подняла руку вверх, снова ударили литавры. Кей опять вздрогунла, отругав себя тут же за несдержанность - никто больше не дергался.
Так, ну хорошо. Рейнхард снова уходит от здоровяка с легкостью. Ай!
Кей почувствовала, как по телу побежали мурашки. Рейнхарду, наконец, досталось. Кей не по наслышке знала, с какой силой бьют такого размера парни. Это больно.
Рин, тем временем, впечатлился ударом не сильно. У него вообще на лице эмоций было не видать. Что не очень для него характерно - лицо у него довольно выразительное, пускай и транслирует большую часть времени что-то вроде холодного презрительного высокомерия.
Его противник решил закрепить успех, навалился со всей силой и задором, его руки замелькали с устрашающий быстротой. Рину не удавалось блокировать все удары. Он пропустил пару пинков под дых, но когда его оппонент бросился на него с разбегу, сумел увернуться и, использовав запрещенный прием, заново уложил гломилу наземь. Не медля особо, Рин выкрутил мужику руку. Тот, пару мгновений сдерживаясь, все же забил свободной об камень, прося пощады.
Снова Рин смотрел на барышню на пьедистале.
Она наклонила голову набок. Потом на другой. Поводив ладонью в воздухе, снова махнула, мол - продолжайте.
Противники заново разошлись.
Здоровяк был явно зол. Очень зол. Рейнхард... единственное, что можно было понять по его виду - силы покидали его. Еще пару таких спаррингов он не выдержит.
Кей поняла, что пора искать пути отступления. Так, ладно. Как вытянуть оттуда Рейни? Он явно не в себе. Возможно, так хорошо он дерется как раз потому, что разум ему не мешает. Заложенные на ритуале техники не встречают сопротивления в виде собственных его путанных мыслей и потому работают на отлично. В таком состоянии он может сам не захотеть никуда уходить.
