— Ни о чем не хочешь мне рассказать? — спросила она с порога.
— Чего? — Кларк резко оглянулся через плечо. Он сидел на полу, играя в приставку.
— С чего ты разделся в компании Соломона?
— Ты шутишь? С чего ты взяла?
— Я видела письмо. А теперь ответь на вопрос.
— Ты читала мои письма? — спросил Кларк, вставая. — Кто дал тебе право?
— Слушай, я рада, что так поступила, иначе ты бы тянул целую вечность.
— Тянул с чем? Какого черта тут происходит?
— Это ты мне объясни, что ты имел в виду в том письме!
— Я заезжал вчера к Солу, смотрю — тот купается голым в бассейне, я тоже скинул шорты и прыгнул в воду. Думал, будет забавно.
— Ничего забавного в этом нет.
— Ну почему? — удивился Кларк. — Ты вдумайся: Соломон только стал выходить из дома, а уже купается голышом. Обожаю этого парня. До чего же он странный! Я был уверен, что не помешаю ему. Ну, ты знаешь, я-то раскрепощенный, почти все время бегаю в плавках перед толпой незнакомцев.
— Он же гей! Нельзя обнажаться перед парнями, которым нравятся другие парни.
— Говоришь, как моя бабуля! — вскипел Кларк. — Соломон не потащит меня в постель, лишь потому что я парень.
— Ты прав, — согласилась Лиза. — Но он точно в тебя влюблен, и я не знаю, насколько его чувства взаимны.
— Ах так? — грубо спросил Кларк.
Лиза ни разу не видела его таким злым.
— Так ты явилась на самом деле, чтобы спросить, не гей ли я?
— Раньше ты проводил все свободное время со мной, теперь я вижу тебя только в компании Соломона. Я будто привожу тебя в детский сад, а под вечер отвожу обратно. И все время только и делаю, что наблюдаю, как вы болтаете друг с другом.
— Кто виноват, что нам нравятся одни и те же вещи? Ты сама нас познакомила! И если ты думаешь, что, познакомившись с ним, я тоже стал геем, то вряд ли тебе стоит учиться на психолога.
— Кларк, почему бы тебе просто не сказать правду?
— Ты и правда в это веришь? Bay.
— Последний раз, когда я видела тебя голым, ты рвался поскорее одеться. Теперь я узнаю, что у Сола ты ходишь в чем мать родила и делаешь вид, что все в порядке вещей.
— Потому что так оно и есть, — ответил Кларк, повышая голос. — Ты настолько не уверена в себе?
Лиза не сразу нашлась что ответить. Она молча смотрела на Кларка. Тот был настолько взбешен, что у него заслезились глаза.
— Но если ты не гей, то что с нами не так? — спросила Лиза еле слышно.
— Не знаю, — ответил Кларк. — Ты только и говоришь о том, чтобы скорее сбежать из Апленда. Но если тебя примут в Вудлон, маловероятно, что мне удастся поступить куда-то поблизости, и мы оба об этом знаем.
— Без эссе нет смысла даже пытаться.
— Уверен, ты что-нибудь придумаешь.
— Это вряд ли, — сказала Лиза и поднялась с постели Кларка. — Я просто схожу с ума. Правда. Как вы смотрите друг на друга, как ладите и вообще… Это так бросается в глаза.
— Слушай, я не могу запретить Солу чувствовать ко мне то, что он чувствует. Виноват.
— Но ты продолжаешь ходить к нему, — заявила Лиза. — Тебе не кажется, что на это есть причина?
— Конечно, — ответил ей Кларк, — просто я наконец нашел друга, который не поглощен только собой.
— Кларк, просто будь самим собой, я не перестану любить тебя.
— Убирайся, — велел он с жутким спокойствием. — О боже… Убирайся! Покончим с этим.
Кларк захлопнул дверь за спиной Лизы, и она побрела по ступенькам ко входной двери. На улице она прошла мимо Дрю, бросавшей мяч в кольцо, и не то что не поздоровалась — даже не узнала ее. Просто села в машину и нажала на газ. Если Кларк говорил правду, значит, он разлюбил ее по каким-то другим причинам, и Лиза была не готова это принять. Нет, скорее всего, она была права, это было единственное логичное объяснение. Пусть Кларк все отрицает, но в тот миг, когда он выгнал Лизу, она поняла, что совсем плохо его знает. Он явно боялся посмотреть правде в глаза. И имел на то основания: большинство жителей их городка были консервативными представителями среднего класса, и новость о том, что знаменитый спортсмен, ученик средней школы — гей, стала бы настоящей сенсацией. А уж как бы к этому отнеслись члены его команды по водному поло… Лиза поняла, почему Кларку было так трудно признаться, единственное, что ему оставалось, — послать ее к чертовой бабушке. Теперь, когда она докопалась до сути, она попытается ему помочь, несмотря на то что это может разбить ей сердце.
И Лиза поехала к Солу. Она знала, что, скорее всего, застанет его на заднем дворе и звонка он не услышит, потому просто перемахнула через забор. Соломон лежал на надувном матрасе в середине бассейна. Из-за темных очков на глазах друга Лиза не знала, спит тот или нет, пока он не повернулся к ней.
— Лиза! Слава богу! А то здесь так тихо.
— Привет, — поздоровалась та.
Скинув шлепанцы, она присела на бортик и погрузила ноги в воду. Соломон подгреб на матрасе к ней.
— Что случилось? Где Кларк?
— Лома, — ответила Лиза. — Мы поругались.
— Ого, не знал, что у вас бывают скандалы.
— Не бывают… обычно… Не знаю. Последнее время он так странно ведет себя.
— В каком смысле странно?
