Несмотря на все эти весьма острые стратегические проблемы, большинство решений, вынесенных 4 августа, были продиктованы чисто тактическими и организационными соображениями, непосредственно связанными с положением на фронте. Наибольшую озабоченность и досаду как у Гитлера, так и у фон Бока вызывал район Великих Лук, на левом фланге фон Бока, район Ельни – в центральной части фронта боевых действий группы армий «Центр» и участок вдоль реки Сож от Рославля до Гомеля – на правом фланге группы армий «Центр». Хотя многие директивы Гитлера звучали вполне недвусмысленно, в более широком смысле они не носили столь обязательного характера, поскольку фактически все армейское руководство и даже штаб оперативного руководства ОКВ Йодля были настроены против. В результате главнокомандование сухопутных сил вермахта выполнило лишь приказ о бомбардировках Москвы, да и то с весьма скудными тактическими результатами35. В то время как все эти постоянно меняющиеся директивы отражали разногласия между Гитлером, OKХ и его полевыми командирами, а также принимая во внимание удивительно яростное сопротивление Красной армии, важнее всего то, что они свидетельствовали о затруднительном положении, в котором оказался Гитлер, когда встал вопрос о боевых действиях в ближайшем будущем36.
На завершающих этапах боев по стягиванию Смоленского котла и на фоне боев войск Вейхса в районе Могилева XXXXVI и XXIV моторизованные корпуса 2-й танковой группы Гудериана начали существенно «отклонять» направление главного удара группы армий «Центр» к югу. Целью этих маневров было ликвидировать одну из наиболее опасных угроз немецким войскам, ведущим бои вокруг Смоленского котла. Наиболее сильная оперативная группа, которую создал Тимошенко для контрнаступления на Смоленск, группа Качалова, сформированная на основе 28-й армии, утром 23 июля начала наступательные действия из района Рославля, в 110 км южнее Смоленска и восточнее реки Сож, на север, в направлении на Рудню, Починок и Смоленск. На тот момент группа Качалова состояла из 145-й и 149-й стрелковых дивизий, которые наступали на север по обе стороны шоссе Смоленск – Рославль. Восточнее дороги, на правом фланге, действовали 104-я танковая дивизия полковника В.Г. Буркова и 222-я стрелковая дивизия, которую Качалов оставил западнее Рославля, чтобы прикрыть левый фланг своей группы. Дивизия Буркова имела в составе 42 танка КВ и T-34.
Первоначально наступающие танки и пехота Качалова нанесли удар по позициям моторизованного полка «Великая Германия» и ударной группы 18-й танковой дивизии Неринга, обеспечивающих правый фланг XXXXVI моторизованного корпуса Фитингхофа, выдвинувшегося к Ельне, и медленно вытесняли немецкие войска на север, в направлении Починка. Хотя Неринг умело отводил свои части, войска Качалова угрожали охватом обоих его флангов, а также, с юга, передовых позиций корпуса Фитингхофа в Ельне. У фон Бока не было выбора, кроме как укрепить опасный участок 263-й и 292-й пехотными дивизиями IX армейского корпуса, которые расположились в Монастырщине, заняв позиции, смежные с правым флангом 18-й танковой дивизии.
В значительной степени из-за неэффективности войск Качалова, в частности их склонности к лобовым атакам, чреватым большими потерями, неспособности к совместным действиям с бронетехникой и обеспечению адекватной артиллерийской поддержки пехоты, относительно слабые боевые группы IX армейского корпуса и 18-й танковой дивизии сумели остановить наступление Качалова, а к исходу 27 июля даже возвратили Рудню. Однако у немецких боевых групп было слишком мало сил, чтобы отбросить русских к Рославлю, поскольку Неринг вынужден был перегруппировать свою дивизию северо-восточнее Ельни, чтобы помочь 10-й танковой дивизии отразить там повторные удары войск Тимошенко. В Ставке были раздражены неспособностью Качалова захватить Починок и тем более переправы через реку Хмару. 29 июля Ставка приказала ему выдвинуть 21-ю горнострелковую и 52-ю кавалерийскую дивизии из резерва 28-й армии, чтобы прикрыть левый фланг западнее Рославля, и перегруппироваться с целью возобновить наступление (см. карту 29). После этого к югу от Смоленска наступило краткое затишье, когда фон Бок и ОКХ искали способ отразить угрозу со стороны Качалова. Наиболее очевидное решение заключалось в том, чтобы выделить для решения этой задачи XXIV моторизованный корпус Гейера.
После консультаций с ОКХ фон Бок решил покончить с «проблемой Качалова» раз и навсегда, бросив сюда наиболее южный корпус Гудериана, XXIV моторизованный корпус Гейера. Ему предстояло провести решительное наступление, захватить Рославль, важный дорожный и коммуникационный узел, расположенный в непосредственном тылу у Качалова, а затем окружить и уничтожить группировку русских. О запланированном наступлении Гудериан проинформировал фон Бока в Борисове 27 июля, в присутствии Браухича, где получил отмашку своего командующего на подготовку и проведение операции.
