• Группа армий «Юг» пока продолжает боевые действия на южном участке фронта собственными силами. Цель этих операций состоит в том, чтобы уничтожить крупные силы противника западнее Днепра и посредством захвата плацдармов в районе Киева и южнее его создать условия для последующей переправы 1-й танковой группы на восточный берег р. Днепр. Западнее Днепра завязать бои с советской 5-й армией, которая действует в болотистой местности северо-западнее Киева, и разгромить ее. Не допустить прорыва частей этой армии на север через реку Припять24.
На самом деле из-за более ожесточенного сопротивления русских на Московском направлении Гитлер решил, что вермахту нужна пауза, прежде чем переориентировать главный удар на Ленинград и Киев. С этой целью он приказал фон Боку прекратить наступление на Москву, отвести свои танковые группы для отдыха и доукомплектования, а затем временно передать их в распоряжение групп армий «Север» и «Юг». В журнале боевых действий OKХ отмечалось: «Таким образом, противник получил месяц времени, чтобы западнее Москвы организованно укрепить позиции для обороны при одновременном отражении наступления, проводимого в августе недостаточными силами. Тем самым одновременно ему удалось на несколько недель исключить непосредственную угрозу Москве и этим добиться большого политического успеха»25.
Поскольку на данном этапе оборонительные успехи русских под Смоленском еще не были столь очевидны для высшего немецкого командования, в их мемуарах они не нашли широкого отражения. Однако в действительности движущая сила блицкрига убывала не только из-за нерешительности немецкого Верховного командования, но также из-за упорного сопротивления Красной армии. И наоборот, весьма скромные успехи русских под Смоленском значительно повысили моральный дух Красной армии и предоставили Тимошенко и Ставке драгоценное время, чтобы организовать оборону Москвы. К сожалению, однако, ни одна из противоборствующих сторон не смогла целиком воспользоваться своими возможностями. Вместо этого, вдохновленный ограниченными успехами в июле и подстегиваемый воинственно настроенным Жуковым, Сталин распорядился о проведении в августе – начале сентября еще более честолюбивого контрнаступления Красной армии в районе Смоленска.
Утром 4 августа Гитлер вылетел в Борисов, чтобы лично поздравить фон Бока с его исторической победой в Смоленске, а 6 августа он встретился с Рундштедтом. Обе встречи были приурочены к успехам войск Рундштедта во время сражения под Уманью26. Общее количество военнопленных, захваченных под Уманью, составляло лишь треть захваченных в районе Смоленска, однако оно все же намного превышало то количество, которое удалось захватить фон Леебу. Все данные свели воедино, и в полдень 6 августа, едва ли не под фанфары, четыре «Специальные сводки» [Sondermeldungen] впервые возвестили изумленному миру об общем количестве военнопленных противника, заодно раскрыв имена командующих группами армий, отдельными армиями, танковыми частями и соединениями люфтваффе на Восточном фронте27. В Специальной сводке № 4 перечислены совокупные потери противника: 895 тысяч военнопленных, 13 145 уничтоженных или захваченных танков, 10 388 орудий и 9082 самолета. Эти цифры почти вдвое превышали количество военнопленных и трофеев по состоянию на 11 июля 1941 года: 400 тысяч военнопленных, 7615 танков, 4443 орудия и 6233 самолета. Хотя об этом не было объявлено, но, по оценкам Гитлера, Красная армия уже потеряла 3 миллиона человек28. По словам Гитлера, уверенного в конечной победе, вермахт теперь был готов продолжать смертельную борьбу на новом оперативном этапе военной кампании.
Однако в душе Гитлер был далек от публичной всеобъемлющей уверенности. Например, во время предварительного визита накануне прибытия самого Гитлера Кейтель описывал состояние фюрера как чрезвычайно нервное и раздражительное. Кругу приближенных Гитлер признался, что проводил бессонные ночи, пытаясь определить истинную картину дел в операции «Барбаросса». С одной стороны, территориальные захваты вермахта и предполагаемые потери Красной армии в количестве 3 миллионов солдат убитыми и ранеными и около миллиона пленными за первые шесть недель войны были столь же сокрушительными, сколь и непостижимыми29. В сочетании с огромными материальными утратами Советов такие потери личного состава должны были свидетельствовать о том, что Красная армия больше не способна предпринять крупномасштабных скоординированных действий. С другой стороны, русские все еще сопротивлялись, причем их сопротивление отличалось яростью и упорством на всем протяжении фронта. Отсюда понятно, что Гитлеру хотелось получать информацию о положении своих бронетанковых сил из первых рук – прежде всего, от самих командующих танковыми группами, потому что, в соответствии с его измененным оперативным планом, этим соединениям предстояло вести бои в глубине территории Советского Союза.
