Аластар явно не был настроен на разговор да и в принципе был много молчаливей ноиты, поэтому он ничего не ответил, лишь молча сидел и жевал хлеб, наблюдая за языками пламени в костре. Ниса, не поворачивая головы, могла рассмотреть его темно — карие глаза, густые русые брови, чуть придвинутые к переносице, квадратный подбородок с легкой щетиной. Почему-то ей казалось, что она могла ему доверять. Возможно, она ошибалась, но ей хотелось в это верить, потому что она впервые встретила ноита. В Юнсете они очень редко встречались. Всех их забрали около четырнадцати лет назад в Вентес служить другому королевству. А те, кого не забрали, либо сбежали на другие территории, либо очень хорошо скрывались. Но её сердце все равно тревожно билось. Она не могла окончательно расслабиться и выдохнуть, наслаждаясь теплым костром. Её руки были наготове, чтобы в любой момент откинуть незнакомца подальше при помощи ветра и сбежать.
— И что ты собралась делать? — вдруг подал голос Аластар, отчего ноита, вздрогнув, даже сначала не поняла, о чем он её спросил. — Ты сказала, что вы разделились из-за стражников Вентеса.
— Да… Я направляюсь в Игнис. Мы договорились встретиться там.
— Уверена, что встретитесь?
— Да. Она должна от них оторваться.
— Даже если оторвется, её все равно будут искать по описанию и в итоге поймают.
— Не говори так! — Ниса возмущенно уставилась на ноита. Конечно, она понимала, что есть такая вероятность, но она не хотела даже о ней думать. Анжела должна справиться. Они столько лет вместе путешествовали, не попадались никому на глаза. И сейчас тоже должно все обойтись. Аластар хмыкнул на возмущение ноиты, оттряхнув руки от хлебных крошек. Тело убитого существа уже давно сгорело, не оставив после себя и косточки. — К тому же она человек. Она не нужна стражникам.
— За сокрытие ноитов тоже сажают в тюрьму.
Ниса тяжело вздохнула, от переживаний прикусив нижнюю губу и укутавшись посильнее в плед, хотя возле костра уже было не так холодно, как на голой промерзшей земле.
— Я могу подбросить тебя завтра до Игниса. Мне по пути, — безразлично предложил Аластар, вызвав удивление у ноиты. — Но не бесплатно.
Ниса бросила взгляд на лошадь. Ей действительно очень хотелось хотя бы день не идти пешком, а то ноги от длительной ходьбы столько дней жутко болели, она даже умудрилась натереть пару мозолей.
— У меня не так много денег.
— Дашь, что есть. — Аластар поднял с земли длинную палку и немного пошевелил горящие в костре ветки.
— Я подумаю до утра.
Ноит ничего не ответил, лишь молча поднялся, захватив с собой сумку, отошел на несколько шагов и сел на землю, прислонившись спиной к дереву. Он собирался вздремнуть, что не помешало бы сделать и Нисе, поэтому она тоже спустилась на землю и прилегла возле костра, кутаясь в плед. Прежде чем уснуть, она еще не один раз мельком бросала взгляд на ноита, остерегаясь его, но надеясь, что он все-таки ничего не задумал.
Тренировочный манекен скрипел под натиском деревянного меча в руках юного мальчика. Его плечи и грудь вздымались от учащенного дыхание. Ноги болели, руки тряслись от длительной тренировки, но он все продолжал и продолжал делать заученные выпады, пытаясь повторить те движения, которые ему не раз показывал его наставник. Легкая серая рубашка вся промокла от пота, а темные штаны покрылись толстым слоем грязи. В некоторых местах даже появились новые дырки. Он не обращал никакого внимания на пение летнего леса вокруг и звуки города, недалеко от которого располагалась эта тренировочная площадка. Он был настолько погружен в себя и отдален от окружающего мира, что совсем не заметил присутствия еще одного человека.
— Ванор! Ты до сих пор тренируешься?
К нему выбежала миловидная девушка среднего роста в белом, словно снег легком платье, напоминающем о зиме, хоть сейчас и был разгар лета. Она хотела подойти к нему ближе и остановить, чтобы мальчик хоть немного отдохнул, но Ванор словно не слышал её. Не хотел слышать. Он представлял, что манекен — это его враг, и продолжал его бить, вкладывая все свои силы в удар. Девушка замерла, прижав руку к сердцу, а в её глазах отражалась печаль. Ей было тяжело наблюдать за тем, как совсем еще юный мальчик изматывает себя тренировками. В таком возрасте он же должен развиться, отдыхать.
— Ванор, милый, пойдем во дворец. У тебя ведь сегодня день рождение… — Девушка хотела коснуться его, но он увернулся от её руки, отскочив в сторону, и одарил её хмурым взглядом карих глаз.
— Отстань, Велайя! Я тренируюсь!
Он отбежал подальше от девушки к другому несчастному манекену и продолжил его бить. Её это не устроило. Она видела, что мальчик очень устал, ему необходим был отдых. Хотел он этого или нет. Велайя вытянула руку вперед и зашевелила пальцами — руки манекена вдруг начали удлиняться и извиваться, они попытались схватить Ванора. Тот замешкался лишь на несколько секунд, а после начал отбиваться от деревянных рук, отходя с каждым шагом назад. Благо поле было большим, и он не мог упереться во что-то спиной.
