Не будет больше словесных перепалок и противостояния. Они никогда больше не сыграют партию в шахматы, споря о чём-то. С хрипом вдохнув, Королева прошептала, уже не пытаясь удержать кровь во рту, позволяя ей свободно стекать по губам, пачкая подбородок и шею. Она всё ещё слабо улыбалась:
- Ты... жульничал.
Не удержавшись на ногах, она тяжело рухнула на пол. Из её груди всё ещё торчал кинжал, а королевская кровь пропитывала старинный паркет. Она больше не шевелилась, пустыми глазами изучая лепнину на потолке. Ветер стих, а гул прекратился — ритуал оборвался вместе с жизнью Королевы. В бальном зале не осталось никого, кроме Светлого Рыцаря, на коленях рыдающего о своём заклятом враге. Баланс был восстановлен.
*
Свет зажёгся почти внезапно, через секунду после того, как видеоряд закончился, и по экрану поползли титры. А затем, люди сидящие в зале начали аплодировать. Кто-то вставал со своих мест, кто-то свистел. Это было совершено не похоже на те презентации, которые мы устраивали раньше, равно, как и на те, которые мне доводилось посещать. Я сидела, как оглушённая в мягком плюшевом кресле, мысленно всё ещё находясь в бальном зале, и понятия не имела, что я чувствую. Рядом со мной сидел такой же пришибленный Кайл. Мы пялились на экран, слушая аплодисменты, и, кажется, оба не соображали, что происходит. А потом Кайл вдруг потянул меня за руку, вставая, и крепко обнял. Тут же к нам присоединились остальные парни из “Четвёрки”, подоспели мои ребята, а Кэрри, по-шутовски поклонившись, с широченной улыбкой протянул: “Ваше Величество”, тут же сгребая меня в охапку, и смачно чмокнул напомаженными губами в волосы.
Сразу после показа начался фуршет, на котором мы были заняты только бесконечными интервью, беззаботно раздавая улыбки камерам. Вечер был насыщен эмоциями и хорошим настроением настолько, что я напрочь забыла о собственном творческом кризисе и неурядицах в личной жизни. Этим вечером я была абсолютно и бескомпромиссно счастлива. Наверное, именно поэтому, стоило мне вывернуть из-за угла в пустом, узком коридоре, как я тут же, в буквальном смысле, столкнулась с Красавчиком, о котором успела напрочь забыть. Налетев на него, я пошатнулась, и Ричи придержал меня за плечи, но отпустил, как только убедился, что я не упаду. Пробормотав невнятное “извини”, я постаралась сбежать прежде, чем мы начнём обмен любезностями. А в том, что начнём-таки сомневаться не приходилось — в конце концов я достаточно давно и хорошо себя знаю. Но у Ричи, как всегда, было своё мнение.
— Каролина... — сказал он, коснувшись длинными пальцами моего плеча, и я замерла, не в силах пошевелиться. Я всей душой хотела уйти и не видеть его никогда больше, но ноги упрямо отказывались двигаться. Просто потому что я придумала себе умоляющие нотки в его голосе.
— “Каролина”, — я хмыкнула, — я думала, я теперь просто “Линси”.
Он вскинул бровь, как будто не понял, о чём я говорю. Горько усмехнувшись, я пояснила:
— Такая же, как все остальные женщины, которым ты не придумываешь идиотских прозвищ, которые по уши влюблены в тебя.
— Сладкая... — начал было он, но я подняла раскрытую ладонь, останавливая его.
— Зови меня Линси.
— Что это значит, милая?
Я фыркнула:
— Как будто ты не знаешь! — Раздосадовано вздохнув, я хотела запустить руку в волосы, как обычно делаю, но наткнулась пальцами на острые края короны. Ещё раз вздохнув, я снова посмотрела на Красавчика. Вот он — мужчина моей мечты. Прекрасный, до нелепого талантливый, умный парень с обостренным чувством справедливости, не оставляющий девушек в беде. Ричи был воплощением всего, что я так хотела, и не могла получить. Именно поэтому я не почувствовала совершенно ничего, когда наконец сказала:
— Я люблю тебя до желудочных колик, Ричи.
Он замер, потрясённо глядя на меня. А я только невесело улыбнулась:
— Но это уже нихрена не значит.
Он продолжал смотреть на меня не говоря ни слова, позволив мне аккуратно обойти его. Уходя всё дальше по коридору, я зажмурилась. А перед дверью в просторное фойе остановилась, и заставив себя улыбнуться, решительно толкнула её, широко открывая. Именно этот момент Ричи выбрал, чтобы выйти из ступора. Он догнал меня прямо там, в дверях, в шаге от смеющихся и пьющих шампанское гостей. Схватив меня за локоть и грубо развернув к себе, Красавчик без вступлений, предисловий, и вообще хоть каких-нибудь слов, впился в мои губы сильным, жёстким поцелуем. Он стоял вплотную ко мне, зажмурившись, цепляясь за мои плечи, будто от этого поцелуя зависело очень многое. И я не верила ему ни на секунду. На нём была всё та же кожаная куртка, и пахло от него всё тем же парфюмом, который я так хорошо помнила. Но Ричи больше не был собой. Он не был ни придурком, которого я всей душой ненавидела, ни ещё большим придурком, которого я так сильно, до остановки сердца, любила. Вместо этого, Ричи был козлом, которого мне хотелось просто уничтожить не сходя с места.
Грубо отпихнув его от себя, я от всей души залепила ему обидную, болезненную и чисто женскую пощёчину.
— Как ты посмел?
— Сладкая...
