– Может, тебе нужно лед приложить? Когда это случилось? Ты уверен, что хочешь идти?
– Слишком много вопросов. Пойдем, пока я и правда не передумал.
– А может…
Мора растерянно оглянулась. Взгляд Тая скользнул по ее оголенной спине, и кожу обожгло.
– Я забыла накидку!
Она бросилась в свою комнату, схватила ярко-желтую и как следует в нее закуталась.
– Слушай, я могу пойти одна. Правда, – снова начала она. – Все это ни к чему. Если я всему виной, то я совсем не хочу…
– Мора, – очень серьезно сказал Тай, – нам надо идти.
Он подставил ей локоть. Как странно он выделил это «надо»…
Чтобы студенты могли добраться до арены, к воротам подали двухместные челноки. Кажется, на фестиваль здесь и вправду не ходили поодиночке: все поднимались на борт черепах строго по двое. Управлять аппаратом не требовалось – система сама знала, куда вести челнок. Прикусив губу, Мора крутилась на скрипучем кожаном кресле и жадно рассматривала все вокруг, а Тай покачивал головой.
– Ты здесь уже давно, а я и недели не провела, – напомнила она.
Тай промолчал. Суета его словно не касалась, и Мора вдруг подумала, что этим Тай напоминает очень древнюю черепаху.
Первое кольцо меж тем разворачивалось причудливой спиралью улочек. Чем ближе они подъезжали к арене, тем выше попадались дома, как будто хотели сравняться с Осью, взмывающей прямо в небо. Вставали из кружева зелени стеклянные шпили, гладкие купола и крутые крыши с балкончиками, мелькали расписанные витрины магазинов, мигали вывески ресторанов, галерей и голо-графических театров, а над потоком челноков, откинувших купола, разливался душистый аромат теплой ночи.
Большая арена оказалась огромной площадью в форме полумесяца, и Мора ахнула, когда улица загнулась и вильнула, а челнок замедлил ход, чтобы остановиться у входной арки. Арена была заполнена так плотно, что казалось, будто на ней собралось все Первое кольцо. Бездна уже налилась чернильно-синим и была пересыпана сверкающей пылью, но фонари на арене не зажигали специально, и глаза быстро привыкли к полумраку. После поездки по ярким магистралям, расцвеченным огнями, где черепахи текли друг за другом ровной, плотной рекой, у Моры еще немного кружилась голова: она едва успевала оглядываться, силясь рассмотреть всех и вся.
Тай только морщился. В полумраке синяк на его лице почти не бросался в глаза, и Мора даже поверила, что не имеет к нему никакого отношения. В конце концов, сколько можно думать, что вся Бездна крутится вокруг нее?..
Пряча верхушку в облаках, прямо за ареной вздымалась Ось; тонкая, прозрачно-воздушная, она походила на кристалл горного хрусталя. Грани ее играли отраженным светом, блики с далеких улиц скользили по стеклу, и, всматриваясь в нутро Оси, Мора поняла, что дрожит.
Ось снова что-то шептала. Мора не сразу уловила ее голос в шуме толпы, но теперь поняла: она не просто слышит Древо, она чувствует его силу. Мора задышала быстрее, силясь успокоиться, и тут ее накидка вспыхнула зелеными искорками. Неужели снова?..
Мора попыталась смахнуть искры, как будто это могло прогнать и подступающее видение. Тай заметил.
– Что ты там возишься? Пухоеды заели? – фыркнул он. – Ты знала, что плохо обработанный мех рики – рай для пухоедов?
Мора прикусила губу:
– Это мех рики?
– Ну а чей еще?
– Я думала, искусственный!
– На Первом кольце не бывает ничего искусственного, – поморщился Тай. – А вот крашеное бывает.
Тай отвлек ее, искры как будто потускнели, так и не перекинувшись с накидки ни на платье, ни на руки. Сейчас у нее не давило виски, не теснило грудь, как прежде, и Мора с облегчением выдохнула.
– Ты ничего странного не видишь?
Она стянула накидку с плеч и встряхнула:
– Кроме этой желтой тряпки – нет, ничего.
Мора аккуратно повесила мех на ограждение. Обойдется и без него.
– И не слышишь ничего… необычного?
– Да я тебя еле слышу!
Мора вздохнула. Видение, кажется, удалось отогнать, но от близости к Оси все равно было неуютно.
– Да чего ты? – спросил Тай.
Мора не сводила глаз с Оси. Ей чудилось, как Древо в ее недрах пульсирует, дышит, зовет. Голос был неотчетливый, бесплотный, больше похожий на белый шум, но он манил, притягивал, и Море до ужаса вдруг захотелось оказаться там, за этими непрозрачными стеклами.
– Да что с тобой такое?
Тай тронул ее за локоть, и Мора встряхнулась. Если и Ица чувствовала Древа, значит, Мора точно не ненормальная.
– Все хорошо, – отозвалась она.
– Вот и молодец. Обмороков нам тут не хватало. И так не протолкнуться.
Тай отвернулся. Арена, окруженная галереями колонн, тем временем бормотала и колыхалась. Сверкали украшения и блестки на платьях, переливались причудливо сплетенные ткани, и казалось, будто вся эта темно-синяя толпа – продолжение самой Бездны. Черты лиц стирались, смазывались, и было уже не разобрать, где переделка, а где уродство. Мора выдохнула: здесь, в этой толпе, задрапированной полумраком, о своей отметине она могла забыть.
