Его пальцы проскальзывают в промежутки между моими, и у меня перехватывает дыхание. Кошусь на него и замечаю, что он смотрит на меня. Сжимаю его ладонь, чтобы совсем не поплыть. Подушечки его пальцев щекочут мои костяшки и ускоряют сердцебиение.
Вдалеке толпа у сцены начинает улюлюкать – кто-то сфальшивил. Романтический момент грозит испариться.
– Чья-то мама не заставляла ребенка заниматься, – смеется Ян.
– Похоже на то, – киваю я.
Мы подходим к скамейке, повернутой к реке, и Ян предлагает сесть.
– Я хочу тебе кое-что подарить. Но придется сбегать домой. Ты не против немного подождать? Пять минут, не больше.
– Э-э-э, ладно. Хорошо.
Я жду, мимо проплывает утиное семейство, посылая по воде рябь, от сцены доносятся низкие ритмичные звуки. Утки плывут по реке мимо отца с сыном, рыбачащих на берегу.
Ян возвращается ровно через пять обещанных минут, слегка запыхавшись. У него в руках плоская прямоугольная коробка, обернутая в красивую серебристую упаковку.
– Но мой день рождения только через неделю, – ошеломленно говорю я.
Он тихо фыркает и садится рядом.
– Просто открой.
Мне ужасно хочется разорвать упаковку в клочья, но я заставляю себя аккуратно поддеть пальцем скотч и развернуть подарок.
– Это игра, – удивляюсь я.
Не просто игра, а авторская версия «Монополии». Коробка сделана в стиле ретро, открываю ее и вижу сложенное игровое поле. В черном бархатном мешочке горстка фишек. Высыпаю их на ладонь: здесь хомяк, подсолнух, русалка, стопка книг и каяк. Каждый квадрат на доске связан с нами и Луна-Коув. Вместо домов и отелей надо «покупать» что-то хорошо знакомое: розовый замок – для театра Поппи, бургер с пульгоги, вилку – к «Вилке и крошке». Все так продуманно и изобретательно, наверняка Яну пришлось потратить на это несколько недель.
И вдруг пазл сложился.
Ян был слишком занят, чтобы вести учет прочитанного.
Сразу вспоминаю бумажку на его столе, где были расписаны детали и размеры. Я едва взглянула на нее, потому что не хотела совать нос в личные дела Яна, хотя в итоге это и сделала.
У меня больно сжимается сердце. Он посчитал, что подготовка подарка для меня важнее, чем лишняя пара-тройка прочитанных книг.
– Ян, прости меня, пожалуйста, – говорю я спустя вечность. – Мне очень нравится твой подарок. Он потрясающий. Ты потрясающий. Я должна была поверить тебе, и ты правильно сделал, что упрекнул меня. Я испугалась и поддалась паранойе, а ты этого не заслужил. Прости, что не смогла быть такой храброй, как ты. Разумеется, я вижу, какой ты на самом деле. Как же иначе? Иногда я вообще не вижу ничего, кроме тебя, – вот как ты мне дорог. И всегда был. В тот день на горке… Та глава была не концом. У нас с тобой целая трилогия.
– Ты все-таки прочитала записку, – выдыхает он.
– Почему-то я вечно опаздываю, но рано или поздно прихожу в нужную точку.
Ян кладет руку мне на плечи, подбирается к шее и начинает поигрывать волосками в основании затылка.
– Да, – произносит он чуть хрипловато. – Приходишь. Как ты решилась подняться и спеть?
– Помнишь, я однажды сказала, что если у меня что-то не получается, то это вообще не стоит усилий? Ты – стоишь. Ты всегда подкрепляешь слова действием и заслуживаешь, чтобы я ответила тем же. Я не хочу плохо выглядеть в чужих глазах, но ради тебя я буду позориться перед толпой людей бесконечное количество раз.
Он ласково смотрит на меня.
– Я не требовал от тебя таких жертв. Но, когда ты вышла на сцену с решительным настроем, готовая драться, если кто-то вздумает отнять у тебя микрофон, я подумал, что еще никогда не видел тебя такой красивой.
– Обманывать ты точно не станешь, – говорю я, – но ты шутишь. Знаешь, мчаться к тебе, даже толком не умывшись, начинает входить в привычку. Я даже губы не успела накрасить.
Он берет меня за подбородок и гладит по пухлой нижней губе.
– Я бы не сказал, что для меня это недостаток. – Он замолкает. – Что значит «мчаться»? Когда еще ты торопилась?
– Э-э-э… вчера я чуть не пришла в магазин игрушек. Я видела вас с Рио.
– То есть ты пришла? Без «чуть»? – Он поражен. – Чтобы забрать со мной игру Грейс?
– Да. Извини, что опоздала.
– Что?
Я указываю на коробку у меня на коленях.
– Наверное, ты заодно забрал и ее игру?
– Нет, Кавья. Нельзя сказать, что я не думал об этом, но я хотел сделать это вместе с тобой. И забрал только твою игру. Я же говорил, что всегда дам тебе еще один шанс. И от своего слова не отступлюсь.
Этого достаточно. Я тянусь к нему и уже закрываю глаза, но тут Ян отстраняется. Обида резко сжимает мне сердце.
– Что случилось?
– Кавс, осталось еще кое-что обсудить.
– Я хочу кое-что тебе показать, – говорит Ян, доставая телефон из кармана. – О господи, только не говори, что снимал меня, – пугаюсь я.
Он хихикает, потом говорит:
– Это письмо.
Я смотрю на экран телефона.