Ты всегда лучшая часть урока. Жаль, что я не видел, как ты заткнула мистера Гейджа на статистике! У меня бы никогда не хватило духу спорить с учителем по поводу оценки, даже если бы я был прав. Ты крутая, Кавья. Оставайся такой всегда.
Ух ты. Пораженная, я перечитываю записку. Кто-то из одноклассников не считает меня проблемной?
Машинально хватаю пакетик и высыпаю бумажки на все еще не убранную постель. Одна из них падает надписью вверх.
Я никому не рассказывала, но парень бросил меня, потому что я была «слишком уверенной в себе». Типа что? У тебя насколько низкая самооценка, если ты не хочешь, чтобы твой партнер был уверенным в себе? В общем, Паркер – дебил. Ты заслуживаешь лучшего. Ты меня вдохновляешь. Когда я в чем-то сомневаюсь, то спрашиваю себя: ЧБСК? (Что бы сделала Кавья?), и еще ни разу не пожалела. Спасибо!
Неприятные записки тоже есть, но есть еще и такая. Написанная синей ручкой аккуратным почерком.
Я ни с кем не чувствую себя так естественно, как рядом с тобой. И так было всегда. У тебя есть дар вытаскивать из людей их истинную сущность, рядом с тобой нельзя притворяться.
Ты задала высокую планку по честности и ожидаешь не меньшего от остальных, так что мы стараемся соответствовать изо всех сил.
Я бы хотел открыть тебе все, что у меня на сердце, но поклялся себе, что никогда не стану этим странным чуваком, который пишет анонимные любовные записки. Когда я признаюсь тебе, то сделаю это, глядя тебе в глаза. Надеюсь, тогда ты увидишь меня.
Знаю, порой ты видишь во мне только мальчишку, который однажды перестарался, когда хотел помочь тебе. Я все понимаю. САМО СОБОЙ, я знаю, что ты можешь за себя постоять, но как я могу заботиться о тебе и не пытаться защитить? Я буду защищать тебя всегда. Тот день стал для меня началом, но для тебя, наоборот, концом. Надеюсь, что все изменится. Надеюсь, однажды ты испытаешь те же чувства, что и я. Кажется, это уже не очень анонимно.
Я не свожу глаз с письма Яна, голова гудит. Я не просматривала бумажки все лето. А он вообще спрашивал, видела ли я его признание? В голову приходит воспоминание – мы у шкафчиков, вокруг друзья, он пытается задать вопрос… У меня сжимается сердце – он пытался спросить.
Как он жил все это время в неведении? Если бы я прочла записку раньше, то ни за что бы не оставила ее без ответа.
Понимал ли он, как больно мне было думать о том, видела ли Клоя эту улыбку № 9…
Еще даже не продумав план, я вбегаю в кухню, сажусь на единственное свободное место и хватаю кленовый сироп. Не сказав ни слова, режу всю стопку панкейков сразу, закидывая в рот огромные куски.
– Кавья? – Папа застыл с вилкой у рта. – С тобой… все в порядке?
Все за столом ошарашенно наблюдают, как я заглатываю еду, ведь обычно я ем медленно, с расстановкой.
– Да, пап. – Глотаю апельсиновый сок и вытираю рот тыльной стороной ладони. – Девочки, я знаю, что надо сделать.
Я точно знаю, где он будет. Сегодня первый день серии концертов на набережной. С открытым микрофоном. Мы приезжаем буквально за пару минут, потому что Кейти отказалась превысить скоростной предел, – да, она такая у нас.
Сцену готовит увядший рокер в футболке, очевидно, с его любимой группой и кожаном жилете. «Перри», – написано на бейджике.
– Хочешь спеть? – спрашивает он и смотрит на меня поверх спущенных солнцезащитных очков. – Ну, дорогая, у нас запись на сайте вообще-то. Могла бы раньше позаботиться.
Я вскидываю руки.
– Пожалуйста! Мне очень, очень нужно.