— Слушай, если это будет шокирующее мини и декольте, то кинется. А если нормальное платье, то нет, — возмущается она. — Мы же понимаем, что надо!
— Хотя бы синее, — делаю выбор я.
— Как уныло, — фыркает Лида. — Совсем довел тебя этот козел.
— Сама же говоришь, что если нормальное платье, то неважно какой цвет!
— Я такого не говорила! Точнее, не так!
— А ты докажи!
Подруга кажется готова треснуть меня сумочкой за бунт, но я хихикаю и залетаю в магазин. Тут уже выбор радует глаз. Намного больше симпатичных нарядов. Правда, и цены начинают кусаться. Но Лида пообещала, что добавит денег. Иначе, цитирую: «Я буду как на иголках, зная, что там ты голая разгуливаешь перед этим половозрелым самцом».
Я, конечно, сразу возмутилась, но Лида была непреклонно.
Находится синее платье футляр. Я надеваю его, кручусь перед зеркалом в примерочной. Продавец соловьём заливается, что все чудесно, как на меня шили. Но мне чего-то не хватает. Бросаю взгляд на Лиду, та морщит носик.
— Алиса, — тянет она. — Ну не то. Если ты так хочешь ото всех спрятаться, то давай ко мне, так и быть, укрою от чудовищного босса.
Потом идет черед зеленого с юбкой-татьянкой. Сиреневое до щиколоток. Даже есть серебристой, но оно слишком короткое.
В какой-то момент Лида не выдерживает:
— Постой тут, я сейчас.
И выскальзывает из примерочной. Я только и могу, что вздохнуть. Если ей что-то в голову взбрело, то легче расслабиться и получить удовольствие. Через время она возвращается с видом победительницы. В её руках что-то…. Да, красное.
— Лида!
— Меряй! Не выйдешь, пока не увидим, как на тебе это.
Я понимаю, что с Лиды станется стать на дверях примерочной как спецназ, поэтому покорно принимаю платье из её рук. И… замираю. Оно восхитительно.
Платье-пиджак на запах алого цвета, как самый сказочный на свете цветок. Не теряя времени, быстро надеваю его и замираю. Оно длиной почти до колена. V-образный вырез подчеркивает шею и ключицы. Талия кажется тонкой и хрупкой. Слева на черном поясе золотистое украшение.
«Будет чудесно гармонировать с туфлями», — проносится мысль.
Губы сами тянутся в улыбке.
— Ну, что я говорила! — радостно потирает ладони Лида. — Красное — наш выбор. И строго, и роскошно. Ваши курицы там просто попадают от зависти.
Надо бы стать на защиту женщин, но я снова хихикаю как школьница.
Идеально. Просто идеально.
Ухватив покупку, я покидаю магазин, чувствуя себя самой счастливой на свете.
Ни одна из нас не замечает неподалеку от магазина серую машину с затемненными стеклами.
23
Утро на работе начинается нервно. Я вся как на иголках. Не могу сосредоточиться на работе. Всё время поглядываю на часы в ожидании, что именно сейчас зазвонит телефон, и Ася — секретарь нашего шефа, скажет, что меня вызывают.
Но… мне везёт.
Его нет на месте. Видимо, поехал в управление. Поэтому я могу спокойно сидеть и заниматься своими трудовыми книжками и вносить в программу принятых и уволившихся сотрудников.
Никогда не думала, что смогу работать в отделе кадров. Тогда я только устроилась архивариусом, но уволилась сотрудница, и отдел кадров просто зарывался. Мою кандидатуру предложила тогда начальница отдела. Мол, хорошая девочка, я обучу.
Так как работа оплачивалась выше, я с радостью пошла на новое место, понимая, что при должном старании освою любую науку.
Только вот беда… Именно там меня и заприметил он. Александр Грушевский — наш босс. В пыльном архиве, куда заглядывали в основном женщина и изредка старик из учебного корпуса Владимир Павлович, меня мало кто видел. Такие самоуверенные красавцы, которые считают, что все должно быть у их ног, в архив не захаживали.
Грушевский и правда хорош собой. Высокий платиновый блондин с голубыми глазами. Что-то есть от Кена, известного всем бойфренда Барби. Только если Кен слащав до одури, то тут такого нет.
Будь я глупее или беспринципнее, скорее всего бы сразу согласилась, не считая, что отношения на работе что-то из ряда вон выходящее. Подумаешь, секс на столе босса в обеденное время. Или в машине. Или ещё где ему там вздумается.
Только я так совсем не могла. Не считаю, что надо смешивать работу и личное. К тому же временами ходят слухи, что у Грушевского появляются законные пассии. Не жёны, но всё же официальные девушки. Поэтому быть девочкой по вызову, кости которой будет перемывать весь офис, и все время бояться, что кто-то сдаст, я не хотела.
К тому же не люблю обманывать. Не хочу ни сама быть на месте той, кому изменят, ни той, с кем будут изменять. Каждая женщина достойна честности и хорошего отношения.
— Что тут у тебя? — улыбается подошедшая начальница. — Много работы?
— Не очень, — улыбаюсь я в ответ. Она хорошая женщина, очень много для меня сделала. — Сегодня всё закончу. Сможем взяться за данные китайской компании. Тот запрос, который вы мне выслали вчера.
— Это хорошо, — кивает она. — Потому что хоть время и есть, но, сама понимаешь, иностранные партнёры, хотелось бы не ударить в грязь лицом.
— Можете на меня положиться, — серьёзно отвечаю я.
