— Отлично, — сообщает она и подходит к окну, смотрит на улицу, цокает языком. — Если сегодня не будешь успевать — переноси на завтра. Попрошу Таню тебе помочь. Потому что как приедет босс, сама понимаешь, начнется бог знает что.
Я тут же напрягаюсь и настороженно на неё смотрю:
— Что вы имеете в виду?
Она только вздыхает:
— Алиса, что ж ты меня спрашиваешь, сама же знаешь… Сейчас приедет Александр, все потянутся его поздравлять. Во-первых, нам самим надо пойти всем отделом. Во-вторых, будут гости заглядывать и спрашивать, куда идти. Надо проводить.
Я разом грустнею. Она права. Наш отдел же сразу, сюда все заглядывают. До Аси ещё дойти надо. Да и опять же… Аська — хорошая и расторопная девчонка, но ей всегда нужна помощь даже оформить для гостей фуршет. То меня попросит, то Таню, то Машу из снабжения. И начальство ни слова не говорит, потому что все прекрасно понимает. Просто закрывает глаза на отлучку своих сотрудниц с рабочих мест.
— Босс! Босс приехал, Людмила Николаевна! Алиса! — с криком залетает взволнованная Таня.
Начальница вздыхает.
— Так, девочки, готовимся. Мы поздравляем сразу после экономистов.
Всё настроение мигом падает куда-то вниз. Я с силой сжимаю карандаш, которым делала пометки в списке отработанных фамилий. Держись, Алиса. Улыбайся, кивай как болванчик, снова улыбайся. При всех он не полезет. Босс хоть и тварь, но зажать пытается только один на один. Всё же понимает, что и при ком нужно делать.
Мы идем поздравлять шефа. Нам везет, потому что там находится шумный отдел бухгалтерии. Все разнаряжены в отличие от нас. Ну и пусть. Часть бухгалтеров смотрит на меня так, словно хочет покусать. Пусть я и не болтаю, но в фирме все в курсе, что Грушевский теряет разум при виде хрупких блондинок.
Правда вот остальные девочки смотрят на меня с пониманием. К кому-то из них он сам подбивал клиньях, кажется. Только вот чем закончилось, я не в курсе.
Натянуто улыбаюсь, поздравляю, желаю всего самого наилучшего. Грушевский — само обаяние. И этот костюм цвета мокрого асфальта ему просто ужасно к лицу. Он шутит, улыбается всем, только я все равно замечаю, что когда переводит взгляд на меня, в голубых глазах мелькает что-то хищное, такое… собственническое.
Прикидываюсь дурочкой, делаю вид, что совершенно не понимаю, к чему бы все это. Поднимаю бокал с шампанским, делаю маленький глоточек. Только для вида — пить на рабочем месте не по моим правилам.
Слава богу, поздравляющих немало, поэтому когда приходит следующий отдел, мы с бухгалтерами уходим под предлогом работы. Хотя девчонки вряд ли будут работать. Ещё с утра я слышала, что кто-то достал пирожные и шампанское, значит, будут продолжать праздник.
Так получается, что я задерживаюсь — не могу просто проскользнуть из кабинета. Там стоит полненькая зам. бухгалтера, звонко щебечет с моей начальницей. Переминаюсь с ноги на ногу.
И замираю, как перепуганная лань, когда понимаю, что Грушевский стоит за мной. Вроде бы не очень близко, но по спине бегут мурашки. Я чувствую его взгляд физически. Кожу буквально покалывает. Даже не могу сказать, почему такая реакция. Ведь здесь я в безопасности. Рядом с говорливыми специалистами из отдела энергетики с тишиной можно попрощаться. Они были на выезде, поэтому все ещё разрумянившиеся и возбужденные. Явно спешили, чтобы поздравить дорогого шефа.
— Алиса, на секундочку, — тихо говорит он, и жаркое дыхание касается моей шеи. — У меня есть один вопрос по отчету.
У меня все падает, колени предательски подрагивают. Я прекрасно понимаю, что никаких вопросов по отчету быть не может. Мы его сдали и забыли. И спасти меня больше некому, потому что начальница и Таня уже ушли.
Я ищу взглядом того, кто мог бы стать моим спасителем, но понимаю, что ничего не выйдет.
— Да, Александр Сергеевич, — еле слышно произношу я, — конечно.
Он идете в смежный кабинет, я, опустив голову, следую за ним. Каждый шаг кажется проклятием, сердце готово выпрыгнуть из груди. Я напряжена как тетива натянутого лука.
«Пожалуйста, пожалуйста, — повторяю про себя, — только не сейчас. Это же будет такой позор. А Грушевский мне этого не простит… Если вдруг начну кричать или что-то ещё… Само собой придется уволится, но мне очень нужна работа. И даже увольнение на самое страшное. Страшное, что он может шепнуть коллегам, чтобы мне везде зарезали дорогу. Слышала такое от девчонок».
Босс садится за стол, действительно включает компьютер. Я готовлюсь к худшему. Тем не менее, он не кидается и не пытается меня изнасиловать. А действительно открывает отчет производственников и уточняет цифры по сотрудникам.
Я сразу не могу поверить своим ушам, отвечаю на автомате. Он хмурится, когда что-то не сходится, кивает, делает пометки в ежедневнике.
— Спасибо, Алиса, — говорит после всего он. — Ты мне очень помогла.
— Я… Да, конечно, Александр Сергеевич.
«Можно я пойду?» — хочется заорать, но я только кусаю губы.
Он смотрит на мой рот. Пристально. Жадно. Жарко. Мне становится дурно. Понимаю, что совершила ошибку.
Босс стремительно встает. Подходит ко мне. Хочу сделать шаг назад к стенке.
