— Александр Макрэ в палате для недоношенных. Пожалуйста, подождите здесь, я поговорю о вас с дежурной сестрой.
Я подошла ближе к окну. Две акушерки-практикантки, сидя в низких креслах, кормили из бутылочек малышей. Штатная акушерка, которая находилась рядом с весами, заметила меня и вышла.
— Вами кто-то уже занимается, сестра?
— Да, спасибо.
— Этот голос мне знаком… — Робби появился в дверях, а акушерка тем временем вернулась к весам. — Что ты здесь делаешь?
— Пришла посмотреть на младенца, которого приняла недавно. Сколько здесь твоих?
— Не больше половины. И только двоих зовут Роберт.
— Теряете хватку, доктор?
— Я и сам об этом думал. Мне не хватало тебя на вечеринке.
— Я не могла ничего сделать…
— Да, но ты могла позвонить и извиниться за то, что не пришла. Почему ты не сделала этого? — Робби казался очень недовольным. — Учитывая, что именно ты пригласила меня.
— Я должна была позвонить. Прости. Честно. Я забыла.
Он неохотно улыбнулся:
— Я действительно теряю хватку. Не просто покинут, а забыт. И что усугубляет положение — проклятой англичанкой.
— Ты страдаешь, Робби.
Он засунул руки в карманы своего длинного белого мягкого пиджака и ссутулился.
— А у тебя, — сказал Робби тихо, — самые красивые темно-голубые глаза из всех, что я когда-либо видел. Мужчина может с радостью утонуть в них. Ты знала?
По коридору к нам шла медсестра с маской и халатом, перекинутыми через руку, и я поспешила сменить тон на вежливо официальный.
— С миссис Макрэ все в порядке, — вступил в игру Робби, — но мы на всякий случай пока держим ее здесь. Уверен, она будет рада услышать, что мисс Херст навешала маленького Алекса.
— Полагаю, — отозвалась медсестра, — мисс Херст хочет, чтобы мы передали миссис Макрэ наилучшие пожелания.
— Да, пожалуйста, сестра. Спасибо.
Алекс Макрэ спал в своем инкубаторе. Он уже весил три фунта десять унций.
— Он выглядит замечательно, сестра. Как младенец, а не как красный, сморщенный хиппи.
— Вы его принимали? — Медсестра, занимающаяся недоношенными детьми, поглядела на меня поверх инкубатора. — Вы та самая девушка, которая пользуется корзинами для покупок? Надеюсь, вы не возражаете, если я скажу, — удивительно, что у вас все получилось.
— Это не просто удивительно. Это чудо. Он перепугал меня до смерти. Его мама решила, что он — несварение желудка.
— Но она хотя бы знала, что носит его. Видите этих четырехфунтовых. — Мы пересекли комнату, где было жарко, словно в тропиках, чтобы посмотреть сквозь еще одну прозрачную стену. — У матери был срок больше восьми месяцев, и первая головка появилась до того, как она поняла, что беременна.
— Двоих такого размера!
— Угу. С ее слов, они с мужем не заметили ничего необычного, кроме того, что она немного располнела в области живота. И так как прошло одиннадцать лет с ее последних родов, решили, у нее началась менопауза. У них еще четверо, все девочки.
Одна из близняшек не спала и полусонно моргала голубыми глазками. У обеих были личики с тонкими чертами и пушок рыжих волос.
— Она рада им?
— Пока нет. Возможно, позже. Возможно.
— Жаль. Они миленькие. Здоровые?
— Идеальные. Как это часто бывает с нежеланными детьми. — Медсестра бросила взгляд поверх моей головы. — Вас зовут.
Сестра и я прошли полкоридора, когда мимо промчался Робби и исчез в дальней двери. Я заметила эту дверь по пути сюда. На ней было написано: «Детская реанимация».
— Одну минутку, мисс Херст. — Медсестра вошла в кабинет.
Я ждала затаив дыхание. Если и существовало на свете более удручающее зрелище, чем вид крохотного, пугающе обмякшего тельца новорожденного в состоянии коллапса, я с ним не сталкивалась.
Сестра вернулась с таким же раскрасневшимся лицом, как и у меня.
— Похоже, им удалось ее спасти.
Басси сидел у нас на лестнице, когда я вернулась домой. Джемми пошла с Сандрой в кино, а Катриона отправилась к дантисту. Прошло какое-то время с тех пор, как мы виделись с Басси в последний раз. На нем были красная спортивная куртка, белые кроссовки, широкий галстук небесно-голубого цвета и одна золотая серьга.
— Изображаешь женщину, Басси?
— Это классно! — Он потрогал серьгу. — Мелли носит вторую. Есть чем подкрепиться? Я на мели.
— Конечно. — Я сняла шапочку, пальто и туфли и отвела его на кухню. — Очередной длиннющий чек за книги?
— Нет. Завтра сниму со счета деньги. Но если возьму их сегодня, то останусь без гроша на два дня на следующей неделе.
Я посмотрела на него повнимательнее:
— Ты похудел. Обедал? Чай пил? Ради всего святого, мальчик, ты хоть завтракал? Чем?
— Молоком. Выдул целую пинту, такой уж я.
— Жить надоело? Или тебя устроит туберкулез? — Я разложила бекон на гриле. — Одного молока для растущего мужского организма недостаточно. Куда подевались деньги? Ты обычно ухитряешься растянуть их надолго.
— Некоторые цыпочки обходятся дороже, чем ты рассчитываешь.
