«Эти бесхребетные трусы? Нет. Никто из них ни разу не пришел сюда, чтобы встретиться со мной лицом к лицу. А даже если и придут, я не боюсь, …не в этом городе. И определенно не в этом доме. Это безопасное место. Я привык думать, что здесь не случается подобных вещей, …но теперь я знаю, что случается. И если они покажутся, с ними будет покончено. Потому что тогда мы отправим их за решетку».
Сцена меняется и сейчас другой день, «Дом потерянных ангелов» и камера следует за Эдвардом.
«Это очень важная стена», – почтительно говорит Эдвард с экрана, останавливается, и камера фокусируется на нем.
Большими буквами на стене сверху идет надпись: «Они НЕ любят тебя». Это «они» означает сутенеров, собственников, хозяев, господ, …всех их. И в центре висит картина, на которой изображен Эдвард с руками, связанными над головой, на коленях, без рубашки, и вся его спина покрыта кровавыми отметинами от плетей. Его глаза закрыты, голова опущена вниз и одна-единственная слеза стекает по лицу.
«Мой первый «ангел» нарисовала это для меня», – гордо говорит Эдвард с улыбкой, – «Керри, с которой вы познакомились несколько минут назад. И, как видите, за годы здесь появились эти картины, изображающие людей, которые здесь побывали, …тех, кто хотел добавить свои изображения на эту стену, чтобы их увидели те, кто придет в этот дом после них».
Я вижу картины, на которых нарисованы раны, …порезы на лице,… синяки, ножевые ранения, черные глаза, опухшие губы и даже сломанную руку, пока камера медленно движется вдоль картин. На них все люди, с которыми мы знакомы, …люди, которых Эдвард нашел и привел к нам.
«Это некрасиво», – голос Эдварда, наконец, нарушает тишину, и его глаза влажные, когда он продолжает, – «Но это правда. Это лишь небольшая часть той боли и насилия, которую я видел за годы. Но их не сравнить с надеждой и любовью, которых в этом доме становится все больше и больше».
Затем Эдвард ухмыляется и говорит в камеру:
«Этот дом охраняется призраками. Время от времени я вижу их, прямо здесь. Этот дом был заброшен, пустовал, …полный боли, печали… и гнева. Здесь жили девушки, «ночные бабочки», и они были убиты во сне, …сожжены заживо. Они спасли нас здесь, …давным-давно. И, когда этот дом отдали нам, я не смог придумать лучшего места для «Дома потерянных ангелов». Когда я привожу сюда кого-то впервые, они МЕРТВЫ изнутри. Их сердце разбито, их дух сломлен, …прямо как у меня в свое время.
Но в этом доме мертвые снова поднимаются, …их дух возвращается к жизни… или отказывается умирать. Здесь много слез, …много злости, …но здесь больше смеха и жизни, чем всего остального. И здесь есть надежда. И в этом доме течет живая кровь.
Я спросил разрешения у призраков, …леди, живущих в этом доме, …прежде чем забить здесь первый гвоздь. Я встал здесь и спросил у них – принимают ли они мои идею создать здесь такое место. И я получил от них ответ. Здесь не произошло ни одного несчастного случая, …ни одного пожара, …не было ни единого упоминания о том, что здесь происходит что-либо страшное или угрожающее. Они делают кое-что – гасят свет, когда я слишком долго работаю за своим столом, если я засыпаю перед компьютером. Время от времени я слышу их, …словно где-то очень далеко раздается девичий смех. Когда я ухожу вечером домой, я желаю им спокойной ночи, прежде чем выйти за дверь. Я думаю, что сейчас они обрели мир. Им нравится то, что мы здесь. И я никогда не попрошу их уйти. Мы вместе».
Теперь на экране появляется Розали, мы с Элис сидим рядом с ней на белом диване в одном из конференц-залов особняка, и она выглядит очень злой, пока вспоминает:
«Мы трое жили в НЬЮ-ЙОРКЕ! Где живут тысячи проституток! И мы звонили во все инстанции, пытаясь хоть как-то помочь Эдварду выбраться из этой ситуации! НИКОМУ не было до этого дела! НИКТО ему не помог! Все слышали, что он – проститутка и говорили типа: «Ну, он сам попал в этот переплет, ему и искать – как из него выбраться». ЭВРИКА!»
«Это печально», – говорит Элис, – «Люди думают, что ты сам просил этого, словно ты ХОТЕЛ быть таким, …так что они поворачиваются к тебе спиной, …Эдвард прав. Никто не слышит их криков о помощи. Или им просто нет до этого дела. Есть всевозможные центры помощи алкоголикам, наркоманам, даже людям, которые бьют своих детей, …но никто не подумал, черт возьми, создать такой центр для тысяч людей на улицах…»
«Теперь он есть», – говорю я Элис на экране, и мы втроем гордо улыбаемся друг другу.
Розали уверенно кивает и говорит: «Чертовы добропорядочные граждане».
«У меня никогда не было необходимости ходить по улицам», – на экран снова вернулся Эдвард, он беседует с Питером на конюшне, поглаживая гриву Йо-Йо. Теперь Йо-Йо совсем взрослый, и это самый огромный конь на родео, …он звезда шоу.
