— Да вот, хотел мотоцикл под лестницу завезти, — кивнул я на Кавасаки, — но, думаю, надо бы его сперва как следует помыть…
— Да уж, будь столь любезен, — усмехнулась женщина. — Подъезд у нас теперь — не чета прежнему!
— Ага, вижу.
— А уж во что твою квартиру превратили, — слегка понизив голос, продолжила
Я взял связку. Ключей на ней висело две пары — видимо, по два экземпляра к двум упомянутым замкам.
— Спасибо, тетушка Мин! — поблагодарил собеседницу.
— Ну, ступай, — обронила та. — Полюбуйся на свои хоромы! А мотоцикл твой пока пусть тут постоит — среди бела дня ничего с ним не случится. Да и пригляжу — я здесь рядом буду…
— Спасибо, тетушка Мин! — повторил я. Забрал с багажника баул с вещами — и направился в подъезд.
Поднявшись по лестнице, я отпер дверь своей квартиры — и впрямь массивную, металлическую. Шагнул в темную прихожую, на автомате коснулся пальцами выключателя — тот располагался на том же месте, что и раньше — но почти тут же сообразил, что день-то у нас нынче будний и, значит, электричество отключено… Но по инерции все же успел завершить движение рукой.
Свет нежданно зажегся.
Ну да, помнится,
Хотя по вечерам, когда это может броситься в глаза, электричество как раз обычно у всех есть…
Усмехнувшись, я поставил на пол сумку с вещами, положил на нее сверху запыленный мотошлем и огляделся.
Прихожая словно сделалась несколько просторнее — видимо, так казалось из-за новеньких светлых обоев. Старая лампа под потолком исчезла — ее заменили пара стильных бра на стенах. Пол покрывал симпатичный ламинат.
Я пожал плечами. Неплохо, но в целом — ничего особенного. И что тут такого «словами не описать»?
Разувшись, прошел в ванную — и вот тут уже малость проникся. Завезенную сантехнику я уже видел в прошлый раз в коридоре, полураспакованной, и тогда она особого впечатления на меня не произвела. А вот сейчас, на своих местах, и впрямь смотрелась шикарно — особенно унитаз, заменивший собой пресловутую дыру «чаши Генуя». А еще мне, оказывается, поставили закрытую душевую кабину — на место прежнего кустарного поддона! Для этого, правда, пришлось потеснить бочку с аварийным запасом воды — вместо той здесь теперь был высокий, но узкий пластиковый резервуар с краником.
Еще бы ванну сюда — и вообще бы стало классно! Но для нее места уже, конечно, не осталось.
Шагнув к раковине, я пустил воду — приготовившись, что сначала пойдет холодная. Но под потолком загорелась оранжевая лампочка новенького нагревателя, что-то негромко загудело, и струя сразу же потекла теплой — и с хорошим напором! А через каких-то четверть минуты она и вовсе сделалась обжигающе-горячей — хорошо я вовремя сообразил отдернуть ладони!
Это вообще законно⁈
Вымыв руки и умывшись, я проследовал на кухню — полагая, что уже готов ко всему — но и та сумела меня удивить. Отремонтированные стены, пол, потолок — это понятно. Однако новой здесь была и вся мебель — за исключением низкого обеденного столика (на время ремонта, кстати, будто бы куда-то исчезавшего — по крайней мере, тогда я его что-то не видел), смотревшегося тут теперь каким-то бедным родственником.
Но и это еще не все! Я было нахмурился, не обнаружив на привычном месте холодильника — но за высокой пластиковой дверцей кухонного гарнитура почти тут же нашел встроенный, раза в полтора объемнее старого! И внутри него — видимо, в порядке комплимента от фирмы — три бутылки пива и пакетик соленых орешков!
Вот это, я понимаю, сервис!
Ну а уж когда в углу обнаружилась стиральная машинка, также спрятанная от посторонних глаз в недрах мебели, и к ней — коробочка моющего средства, я уже окончательно выпал в осадок.
Так что в комнату шел, даже не смея гадать — что там застану чудесного… И не то чтобы был разочарован, но уж точно ничем не поражен. По крайней мере, сперва. Нет, пол, стены, потолок — все тут также было сделано на уровне. Люстра опять же висела симпатичная. Но мебель вся осталась прежняя — и впечатление от свежего ремонта это заметно скрадывало…
Та же «буржуйка» так и стояла в углу — с приоткрытой, словно в немом укоре, заслонкой — но труба ее была демонтирована и в окно теперь не выходила. Зато на стене имелся пульт управления
