— Ой, простите, товарищ Чон! — пробормотала в, кажется, неподдельном смущении. — Я просто не выспалась… — принялась она тут же оправдываться. — На работе сегодня ночевала — в кресле товарища Пак, — кивнула девушка на вторую мою соседку, занятую сейчас разговором с тетушками-картофелеводами. — Она мне разрешила! — уточнила поспешно — видимо, неверно истолковав мое недоумение. — И охрану я предупредила, что остаюсь в отделе до утра!
— Разрешила, предупредила — это хорошо, — хмыкнул я. — Но в чем смысл-то?
— Ну, на полу было бы жестко, — снова неправильно поняла меня Рю. — Мой стул — маленький и шаткий, на таком уснешь — свалишься, а у товарища Пак в кабинете — большое кресло. Еще от товарища Цоя осталось.
— Погоди, — нахмурился я, на автомате обратившись к собеседнице неформально, как привык по колхозу — в Пэктусан я держался с ней исключительно официально. — Зачем тебе вообще понадобилось оставаться на ночь в конторе?
— Нужно было кое-что доделать перед отъездом… — сообразила она наконец, о чем ее спрашивают. — Но это не главное. Просто сбор же утром назначили на семь — а я далеко живу. Так рано у нас еще ничего не ходит из транспорта. Никак не успела бы из дома! Поэтому все вещи привезла заранее — и договорилась с Су Бин… то есть с товарищем Пак!
— Понятно, — пробормотал я, устыдившись своих недавних подозрений в адрес девушки.
— Товарищ Чон, вы меня, пожалуйста, извините — я буду внимательнее! Больше точно не усну! — трепетно пообещала мне Рю — и тут же не сдержала сладкого зевка.
— Да ладно уж, вздремни, пока есть возможность! — усмехнулся я, показав глазами на свое левое плечо.
— Нет, нет! — решительно замотала головой моя собеседница. — Все, я уже в порядке! В полном! — она демонстративно выпрямилась и расправила плечики.
— Ну, дело твое.
С идеально прямой спиной — словно швабру проглотив — девушка, конечно, долго не просидела, но и глаз пока больше не смыкала. Ну а я, облокотившись локтем на борт кузова и развернувшись в пол-оборота, принялся любоваться проплывавшими мимо пейзажами.
Дорога вела нас среди холмов — не сказать, предгорий. Все, хоть сколько-то ровные участки земли вдоль нее, были засеяны, но, кажется, не рисом, а просо и какими-то бобами. Раз промелькнуло и картофельное поле — пока не убранное.
Изредка на пути нам попадались деревеньки, небогатые, но аккуратные. Еще реже — небольшие городки. В одном из таких я обратил внимание на необычные дома — похоже, новостройки: пятиэтажные, но под черепичной крышей в местном национальном стиле. Смотрелось это довольно симпатично.
Дважды нас останавливали на блокпостах. Один раз военные просто проверили у всех документы, а вот на другой строго приказали нам спуститься из кузова на дорогу и пристально изучили укрытый брезентом груз. Но личные вещи — не трогали.
Ни к нам, ни к тетушкам, ни к водителю с напарником никаких претензий в итоге не возникло, и грузовик благополучно покатил дальше.
* * *
С Ли, Мун и Но мы простились на шестом часу поездки, на окраине города Хамкын. Довольно крупного, кстати. Пхеньяну, конечно, не чета, но, по сравнению со всеми остальными поселениями, что я успел тут повидать, включая Сонним и Хванджу, через которые проезжал на пути в «Унсон-Ри» и обратно — можно сказать, настоящего мегаполиса.
Здесь мы сделали короткую остановку. И не только для того, чтобы высадить «наших» тетушек — заодно посетили «комнату гигиены» в уютном придорожном кафе-столовой. А вот на обед там оставаться не стали. Вместо этого напарник водителя принес чайник кипятка, и Рю, ответственная у нас за эти вопросы, заварила нам по порции лапши из как раз на такой случай захваченного в Пэктусан сухого пайка. Ели мы ее уже на ходу.
К закуске у Кима удачно нашлась фляга соджу — уже не из казенных, а из личных запасов. «Уговорили» мы ее впятером без труда, и после этого, да на солнышке, разморило уже всех, не только Рю. Девушка как раз старательно держалась, а вот остальные дружно пообмякли. Пак Су Бин, кстати, после остановки от меня отсела: напарник водителя не придумал ничего лучше, как только водрузить на ее место на скамье чайник, а тхэквондистка, вернувшись из «комнаты гигиены», трогать тот не стала — просто устроилась напротив. А после уже, видимо, не сочла нужными дергаться. И теперь — благополучно дремала на плече у Кима.
Чтобы не вырубиться и уже самому ненароком не повалиться на Рю — так сказать, с ответным приветом — я достал материалы по Расону и взялся их изучать. Но машину сильно трясло, и строчки передо мной немилосердно скакали. Пару страничек я все же осилил, но дальше уже подумывал не продолжать, когда девушка слева от меня вдруг воскликнула:
— Ой, смотрите: море!
Кто спал, все дружно проснулись и закрутили головами. Поднял глаза и я: мы действительно ехали вдоль берега. Между ним и нами, правда, тянулись рельсы железной дороги, но сразу потом, за узкой полоской песчаного пляжа, раскинулась синева круглой бухточки. Деловито шла куда-то рыбацкая лодка, маячил вдали серый силуэт пограничного катера…
