Правда, и странных снов с ней в главной роли мне пока больше не снилось.
В Расон нам все же выпало выдвигаться на грузовике. Ну что ж, будем считать это своего рода приключением! По-своему, возможно, небезынтересным.
Выезд был назначен на весьма ранний час — семь утра — поэтому все необходимые мне в поездке документы я получил у секретарши еще накануне вечером. Сложил в портфель подготовленную для меня по указанию начальницы подборку материалов по Расону — на первый взгляд, не столь уж и обширную. Спрятал во внутренний карман пиджака командировочное предписание и тощенький конверт с деньгами на расходы (тощенький-то тощенький, но ничего себе щедрость: сумму мне почему-то выдали в юанях — впрочем, позже это получило свое объяснение).
А вот вместо ожидаемого разрешения — «с подтвержденным номером и синей полосой», ехать-то предстояло в приграничный район — Пак вручила мне кое-что получше. Пропуск, действительный аж во всех северных провинциях страны.
— А это что еще за штуковина? — недоуменно покрутил я в руках заламинированную карточку — и в самом деле не сразу поняв, с чем имею дело: прямым текстом там написано не было.
Секретарша объяснила.
— Товарищ Джу почти в последний момент распорядилась переиграть насчет разрешения, — добавила она под конец. — Сказала, что после Расона вам, возможно, придется еще кое-куда съездить. Еле успели все оформить!
— А куда именно надо будет съездить, она не сказала? — озадаченно осведомился я. Со мной Мун Хи ни о чем подобном и словечком не обмолвилась — правда, с вечера субботы мы с ней и не виделись. Только пару раз по телефону переговорили, да и то совсем коротко.
— Нет, — покачала головой моя собеседница. — Да и, как я поняла, со второй поездкой — это еще далеко не точно. Но если все же понадобится — окажетесь готовы.
Звонить Мун Хи и что-то уточнять я, понятно, не стал — нужно будет, сама со мной свяжется. Убрал пропуск вместе с командировочным и конвертом, попрощался с Пак — и поспешил домой, собираться в путь-дорогу.
* * *
Наутро в Пэктусан я подъехал без двадцати минут семь. Поднялся к нам на седьмой этаж, где бросил шлем, куртку и чапсы — остался в костюме. Не самом лучшем из своих — тот у меня сейчас был аккуратно упакован в специальный чехол-портплед — но тоже вполне приличном: за недели, минувшие после моего возвращения из Сеула, я успел свой гардероб слегка расширить.
Эх, жаль, не дали оставить себе те синие джинсы! Здесь выйти в них куда-то, понятно, все равно бы не получилось — разве что до первого встречного полицейского — но я бы их, наверное, и дома охотно носил!
Ладно, это я так, к слову.
Избавившись от мотоэкипировки, с плоским портпледом в одной руке и пузатой дорожной сумкой в другой я снова спустился во двор концерна, где уже застал наш грузовик. Усмехнулся, поняв, что, в какой-то мере, знаком с водителем: это именно он приезжал тогда к нам в «Унсон-Ри», а недавно еще попался мне мельком на глаза возле школы Хи Рен. Вчера Пак вскользь упомянула его имя — звали мастера «баранки» Ан Си Ву — но тогда оно мне ровным счетом ничего не сказало. А, оказывается, вот как.
Сегодня, кстати, водитель должен был работать не один, а с напарником — так полагалось, то ли в силу длительности рейса, то ли потому, что ехать предстояло в приграничный регион. В любом случае выходило, что оба места в хоть сколько-то комфортной кабине грузовика будут заняты, посему всем пассажирам, включая меня, предстояло довольствоваться открытым кузовом.
Благо хоть дождя нынче не обещали.
Подойдя к машине, я заглянул через откинутый задний борт — справа и слева там тянулись длинные деревянные лавки, местами накрытые какими-то непрезентабельного вида одеялами. Да уж, не кожаный салон Бенца! И даже не кресло междугороднего автобуса. Ну да что уж поделать…
Я было подумал, не стоит ли хоть здесь сразу застолбить себе местечко получше, но тут увидел, как Ан Си Ву с напарником тащат к машине какой-то увесистый тюк — и предпочел пока отойти в сторонку.
В этот самый момент во дворике появилась Пак Су Бин, начальница отдела контроля качества и одна из моих сегодняшних спутниц.
Окончательный состав своей рабочей группы я узнал только накануне — как выяснилось, всего нас должно было ехать пятеро. Помимо тхэквондистки, компанию мне предстояло составить еще двоим моим хорошим знакомым: узколицему Ким До Юну, в ходе реорганизации Пэктусан перешедшему на работу в опытный цех на должность заместителя его начальника, и Рю На Ён, прикрепленной к нам в качестве секретаря-делопроизводителя.
