Бранд не тратил время на возню с потниками и уздечками. Собирался спасти своё добро, а в нескольких километрах отсюда уже переседлать животных как следует. Заметив Ингвара, Бранд понял, что не успеет навьючить животных. Он достал меч и подбежал к берёзке, где были привязаны обозные кобылы.
Лошадка скосила глаз. Приняла боком. Попятилась. Отскочила. И стала истово дёргать удерживающую шлею. Другая не поняла в чём дело. Тоже попятилась. Но косила глазом на свою подругу, а не на Бранда.
Одним резким ударом мечник вогнал клинок под челюсть пегой лошадке. Вытянул лезвие и отскочил за деревья, как сделал бы в рукопашном бою.
Кони истошно заржали. Боевой жеребец бил ногой и кричал. Пегая яростно дёргала шлею, трещала надломленная ветка, но сил отломить её у лошадки не хватало.
Умирающее животное сначала брыкнуло, потом попыталось гарцевать, но не пускала прочная шлея. Через два прыжка силы оставили её, и она опустилась на колени. Потом уткнулась лбом в землю. Застыла в неподвижности. Только бока ещё какое-то время ходили ходуном. Упрямое сердце продолжало гнать кровь, которой становилось всё меньше и меньше.
Тридцать метров.
Ярко-алая полоска Макошиной пряжи завораживала. Килограмм шестьдесят тут нужно было выжать. Лук не для каждого. Вырванный сустав отвратительно съехал внутри разбитого плеча. В отличие от рукопашных ударов, плавное движение было терпимым.
Сто раз подряд так не сделаешь. Но на дюжину выстрелов его сил и терпения достанет. Пусть годы практики и надзор Девятого Лоа, меткого стрелка Инка, покровительствующего сказкам, не смогли сделать Нинсона хорошим стрелком. Но зато смогли сделать его сильным и терпеливым.
Ингвар не целился. Выстрелил, чтобы приноровиться к силе натяжения и увидеть ветер. Стрела с хитрым наконечником свистнула как там, в лагере Эшера, когда ломали броню воинов Рутерсварда.
Метр выше и два правее.
Ингвар лично знал людей, бивших белку в голову со ста шагов. Но это была не его история. Во всяком случае, в жизни Ингвара Нинсона. В этой новой жизни Таро Тайрэна дайс мог выпасть иначе.
На тренировках за девятой дверью, под руководством лучшего из вымышленных стрелков Лалангамены, Ингвар поражал глиняные тарелки с тридцати, а иногда и с пятидесяти шагов. Как и любой стрелок в замке барона Шелли, Ингвар уверенно попадал в сноп сена, размером с овечью шкуру, с тридцати метров. Знакомой стрелой, из знакомого лука. С девяти шагов Ингвар попадал в черенок лопаты. Правда, не каждый раз.
Вторая стрела тоже ушла сразу, без нежностей с задержкой дыхания или поиском нужного момента. Надо приноровиться к тетиве. Стрела воткнулась у корней дерева, за которым прятался Бранд.
Третья стрела легла к щеке. Бранд выглянул. Ингвар тут же выстрелил.
Стрела пришлась в ствол примерно на уровне груди. Тетива хлопнула по предплечью. Нинсон взвыл и согнулся. В замке он всегда тренировался в наручах.
Четвёртая стрела легла на тетиву.
Бранд не мог добраться до второй лошади, чтобы убить её. Подтянуть за шлею трёхсоткилограммовое животное тоже было невозможно. Поэтому мечник обрубил ветку. Тарпан убежал вместе с волочащейся по земле шлеёй и веткой берёзы. Мечник с невозможной для Нинсона быстротой метнулся к рыжему и вороному.
Ингвар выстрелил. Мимо.
Свист мелькнувшей стрелы перепугал лошадей. Бранд спрятался за животными. Мечник пришёл в себя после случившегося с Бентэйном и вернулся в прежний ритм.
Пятая стрела легла на тетиву.
Ингвар подбежал ещё на десять шагов.
Как только мечник заметил, что Великан меняет позицию, он легко вскочил в седло. Пока прятался за животными, распутал вожжи фриза и достал из седельной сумки стальной баклер.
Обернувшись в седле, Бранд смотрел на Ингвара.
Смотрел с гаденькой усмешкой, готовясь отбить стрелу.
Ингвар натянул тетиву.
Только сейчас, когда уже уходила ярость недавнего боя, он понял, как сильно нужно напрягаться, и как ломит каждый раз покалеченное плечо. Впрочем, в отличие от фехтовального удара, стрела не теряла смертоносной скорости, как бы медленно лучник ни натягивал тетиву.
— Ты колдуешь хоть, Ингвар? — высоким от злости голосом спросила Тульпа.
Оказалось, она всё время оставалась рядом. В этом было что-то неестественное: просто стоять на поле боя с холодным взглядом, с идеальной осанкой, заложив руки за спину, спокойно ожидая развязки.
Впрочем, для мысленного образа странно и иное поведение.
Бранд отбил стрелу баклером. Та мелькнула рядом с мордой рыжего кохлани. Лошадь испугалась. Мечник чуть не вывалился из седла. Удержался, бросив щит, но не расставшись со шлеёй вороного, который тоже взбунтовался.
Шестая стрела на тетиве.
Лошадки рысили уже в тридцати метрах.
Предельная для Ингвара дистанция. А с новым луком, задача почти что невозможная.
Давай же, Ингвар. Тульпа рядом.
Ты должен попасть. Она сказала, что останется, если ты попадёшь.
Эх, приноровиться бы к оружию да поколдовать над стрелами.
Иваз для меткости и Соул для охотничьей удачи.
— Это тебе от Таро и Тульпы, — мрачно произнёс Ингвар.
Шестая стрела ушла вдогонку.
