- Ничего, – чуть мягче ответил Майкл, принимая холодный брикет и разворачивая обёртку. – Просто почему-то бесит эта тема.
- Ну ты не бесись, бро. Скушай лучше мороженку, – улыбнулся Рэй, сам уже надкусывая своё. – Ховоное, – доложил он другу, что, видимо, означало «холодное».
Майкл прыснул и рассмеялся. Рэй улыбался в ответ. Мир, а так же дружба и жвачка были восстановлены между ними.
- А с Фрэнком что?
- К нему же близнецы сегодня приезжают. Ночуют, а завтра обратно в Бельвиль. Так что в школе уже увидимся, в понедельник.
- Ясно, – ответил Рэй.
Они молча доели мороженое, и каждый думал о своём. Вчерашний концерт на всех произвёл сильное впечатление. Это было круто и здорово. Рэй ещё больше уверился в мысли, что очень хочет заниматься музыкой. Он мечтал так же стоять на сцене и, мотая головой в такт, играть любимую музыку. А Майкл думал о том, какого хрена Торо такой сексуальный сейчас, с обмазанными мороженым пухлыми губами и языком, которым он слизывал тающие потёки. Это выносило мозг, и он отвернулся, чтобы перестать, наконец, пялиться на друга.
«Неужели он мне нравится? Этого быть не может… Это чертовски глупо и странно. Рэй никогда не поймёт этого. А я на самом деле полный идиот…» – Майкл чуть поморщился своим мыслям.
Его тянуло к Торо, потому что он чувствовал в нём силу и какую-то уверенность. Он мог защитить и поддержать, но, чёрт, считать его сексуальным? Это было слишком. Но ведь он хотел тогда, чтобы они поцеловались? Хотел… Это было какое-то временное помутнение, какой-то выверт мозга, чтобы отомстить другу за прилюдный поцелуй. Хотя, чёрт, какая ему вообще разница? Пусть себе целуется, с кем хочет и где хочет. Но ведь разница была, и Майкл не мог её игнорировать… Потому что мгновенно выходил из себя.
- Чем займёмся? – спросил Рэй, прерывая агонию мыслей друга. Он стоял довольно близко и облизывал губы, запачканные мороженым.
«А-а-а!» – мысленно взвыл Майкл, но это никак не отразилось на его лице.
- Вообще мне к понедельнику нужно приготовить доклад по истории Западной Европы. Я помню, ты в прошлом году делал что-то подобное, может, поможешь мне? Я буду благодарен.
Рэй хмыкнул, глядя на друга, и улыбнулся.
- С этого надо было начинать. Спас меня от похмелья, чтобы припрячь к работе над докладом. Ты просто великий стратег, Майки.
- Ну-у, за всё приходится платить, разве нет? – он многозначительно посмотрел на Торо, вскинув правую бровь. У них с братом это отлично получалось.
- Пошли, – Рэй отстранился от кухонного гарнитура и легонько ткнул Майкла под рёбра.
Они бились над этим грёбаным докладом до темноты. Если бы не друг, Майки бы точно зашился работать с таким объёмом информации. Они валялись прямо на ковре посередине комнаты Рэя, обложенные раскрытыми книгами, учебниками и старыми тетрадями Торо. Майкл делал заметки, записывал что-то, а его друг давал советы о том, какой материал стоит изложить покороче, а на чём сделать акцент. Иногда он диктовал целые отрывки текста, и Майкл, от усердия высунув кончик языка, быстро строчил в своей тетради косым почерком. Эта работа так увлекла их, что они очнулись только тогда, когда закончили.
- Твою мать, уже почти двенадцать, – удивлённо выдохнул Рэй, устало потирая глаза ладонями. – Ты меня загонял со своей историей.
- Жрать хочу, – сказал Майкл и снял очки, чтобы повторить манипуляции друга с глазами. Перед ними на самом деле плясали буквы в зареве разноцветных кругов. – Я голоден, как стадо сурикатов.
- Ха! Сам-то понял, что сказал? Стадо сурикатов, – Рэй истерически смеялся, откинувшись назад на локти. – Майки – сурикат, я сейчас сдохну.
- Иди ты, чувак, – улыбнулся Майкл, наблюдая за смеющимся Рэем и чувствуя, как внутри у него что-то замирает. – Лучше скажи, что у тебя есть поесть.
- Только замороженная пицца. Может, ещё вчерашнее овощное рагу осталось, не знаю.
- Сойдёт, – зевнув, ответил Майкл.
Они наскоро разогрели пиццу, но, достав её из микроволновой печи, Рэй изрёк:
- Это похоже на дерьмо.
- Где? – Майкл заинтересованно выглянул у него из-за плеча. Сам он накладывал уже разогретое на плите рагу в тарелки. – Ох ты ж… И правда, похоже.
- Заткнись, – ухмыльнулся Рэй. – Ты будешь это есть?
- М-м, может, попробуем ненадолго поставить её в духовку?
- Ты не перестаёшь верить в чудо, я смотрю? – Рэй зажёг конфорку в духовом шкафу и водрузил на противень нечто, отдалённо напоминающее размороженную пиццу.
- Как долго она лежала у тебя в морозилке? – поинтересовался Майкл, поедая рагу. Рэй напротив занимался тем же самым, они и правда очень проголодались.
- Не спрашивай, если не уверен, что хочешь знать ответ на этот вопрос.
- Пф-ф, надеюсь, мы не отравимся.
- Я вообще не уверен, что буду есть это.
- Предатель! – улыбаясь, сказал Майки. А потом почувствовал, как резко пахнуло чем-то горелым.
- Рэй, пицца горит, кажется.
Торо вскочил, чтобы открыть духовой шкаф, из которого повалил дым, и ещё больше запахло гарью. Майкл тоже вскочил, чтобы открыть окна в кухне:
- Ты на какую температуру ставил, придурок? – он носился по кухне, размахивая полотенцем, пытаясь выгнать дым в окна.
