Вернувшись домой, первым делом я залез в душ. И совсем не для того, чтобы вымыться, хотя, в конечном счёте, и для этого тоже. Мой мозг был оплавлен, я сам чувствовал себя оплавленным, местами перегоревшим усилителем. Две последние лекции дались мне особенно тяжело. Придётся просить Майкла, чтобы дал почитать свои конспекты. И только то, что через час должен был прийти отец, наполняло уставшее от подобных чувственных испытаний тело новой энергией и силами. Я не имел права раскисать. Я слишком долго ждал этой встречи.
Сняв напряжение и вымывшись, быстро переоделся во всё чистое. Сегодняшняя толстовка, уже совершенно сухая, должна была отправиться в стирку, но что-то помешало мне сделать это. Зажав её под мышкой, унёс в комнату.
В холодильнике, помимо зелёного салата, оставшегося с завтрака, не было почти ничего. Зато в морозильной камере я нашёл полуфабрикаты: вегетарианскую лазанью и какие-то куриные котлеты. Отца овощами не проймёшь, пришлось не только разогревать духовку, но и ставить на конфорку сковороду для котлет. Параллельно с приготовлениями, я то и дело тормошил свои волосы полотенцем. Ещё несколько минут – и они будут совсем сухие. Интересно, сколько времени требуется Джерарду, чтобы высушить свои?
Звонок в дверь раздался в тот момент, когда готовность обоих блюд была на отметке «ещё чуть-чуть».
- Привет, пап! Заходи скорее! – я втащил его внутрь за рукав холодной куртки и обнял. – Прости, мне надо на кухню, разденешься сам?
- Конечно, мелкий, – улыбнулся он, оглядываясь по сторонам. – Хорошее место.
- Спасибо! – я уже скрылся в арке входа на кухню. И вовремя. Чёртовы котлеты едва не подгорели. Он зашёл минутой позже.
- Оу, ты похож на настоящую домохозяйку, – усмехнулся он беззлобно.
- Иди ты, – оскалился я в ответ, выкладывая вершину полуфабрикатного искусства на тарелку. – Можешь просто попить чая. Я бы сварил тебе отличный кофе, но боюсь представить, что ты скажешь мне по этому поводу, – отец заливисто рассмеялся, усаживаясь на стул. – Э, так дело не пойдёт. Ванная напротив по коридору. Вымой руки, а я пока тут всё приготовлю.
- Всё как мама учила, да, Фрэнки? – не переставал улыбаться он, поднимаясь и идя в нужном направлении.
- Именно, – я посчитал, что теперь наш счёт один-один.
Папа вернулся, когда на столе уже стояли две тарелки с вилками и ножами, посередине дымилась лазанья и тарелка с котлетами. Я накладывал хлеб в плетёную корзину и после поставил чайник. Кофе варить я точно не собирался – наверное, это и правда было слишком. Не то чтобы я стеснялся своих умений. Отчасти я даже гордился ими. Просто не хотелось, чтобы отец думал, будто я полностью предоставлен сам себе. Мама была очень дорога мне и делала для меня всё, что только могла.
- Приятного аппетита, – сказал он, приступая к еде.
- Взаимно. Я очень проголодался. Не вышло поесть в школе… – случайно проговорился я, тут же чувствуя, как неконтролируемо жар разливается по кончикам ушей и скулам.
- Что так? – улыбнувшись, спросил он. – Кстати, очень вкусно.
- Ничего особенного. Это просто полуфабрикаты, если честно. Я редко готовлю.
- Я понимаю, но это всё равно вкусно, – он ткнул вилкой в котлету, подцепляя ещё одну. – Так почему ты не пообедал в школе?
А я так надеялся, что мы уже перевели тему… Чёрт. Я жевал так тщательно, словно вспомнил предписания индийских учителей о пережёвывании пищи не менее сорока раз.
- Мне нужно было сделать другие дела, – сказал я, наконец. – А ещё сегодня вывесили результаты тестов. Я на втором месте по классу, я доволен, – я опять повернул разговор в другое русло, с удовольствием наблюдая, как глаза папы разгораются нескрываемой радостью.
- Хорошо, что хотя бы этим ты пошёл в мать, – ответил он, когда его рот оказался свободен. – Ты знаешь, мне эта чёртова учёба никогда не давалась. И когда после школы Кайл предложил сколотить группу, я не сомневался ни секунды. Так что я правда рад за тебя, Фрэнк. Продолжай в том же духе.
Я улыбнулся, подкладывая ещё лазаньи. Тема была довольно больной для меня, но я старался не подавать виду. Ведь музыка была именно тем единственным якорем, в котором я всегда был уверен на сто процентов. Всё остальное оказывалось покрытым пеленой мрака.
- Я был бы очень горд, если бы ты, в отличие от меня, поступил в колледж, – негромко сказал он. – Ты башковитый парень, у тебя бы получилось. Думаю, я мог бы помочь с деньгами.
Ох, это было последней каплей. Не то, чтобы я был против этой идеи. Но сейчас что-то внутри меня буквально поднималось в противовес этому разговору. Хотелось отвлечённого, тёплого, ненапряжного общения. Хотелось музыки.
- Я ещё не понял, чего хочу, – как можно спокойнее ответил я. Мы уже доели, и я поднялся со стула. – Чаю, или поднимемся наверх? Я покажу тебе свою музыкальную берлогу.
- Пойдём, – улыбнулся он, вставая со стула.
- Ни черта себе! – восхищённо выдал он, едва голова очутилась в люке чердака. – Целая мини-студия! Ты что, перевёз сюда весь мой хлам из Бельвиля?
