Мы синхронно отстранились друг от друга, не чувствуя прежней неловкости. То, что было между нами, касалось только нас.
- О, ребята. Я-то думал, куда вы делись, – Майки показался из-за поворота коридора, а за ним вышел разминающий шею Рэй. – Пойдёте с нами до Ларри?
- Того парня, что вечно таскал у тебя комиксы, а потом благополучно забывал возвращать? – усмехнулся Джерард.
- Именно. Но сегодня со мной Рэй, и Ларри заплатит за всё, – патетично возгласил Майкл, вызывая недоумение Рэя.
- Эй, я ни на что подобное не подписывался, – возмутился Торо.
- Ладно, ладно. Шучу я. Мы только вернём мои книги и комиксы. Поможешь нести, там не мало, – Майки глянул на Рэя. – Заберу их домой, вспомню детство. Ларри нормальный парень, просто постоянно забывает, что его коллекция комиксов не совсем его, – Уэи улыбнулись друг другу, а мне совершенно не хотелось составлять компанию Майки. Нет, я обожал его и с удовольствием провёл бы время с ними вместе, но не у незнакомого мне чувака с задатками клептомана.
Парни направились к выходу, и Торо снова спросил, оборачиваясь:
- Так что, вы с нами?
Я замялся и уставился на Джерарда. Он молчал лишь пару секунд
- Нет, пожалуй. Прогуляемся к океану. Когда ещё доведётся?
- Окей. Тогда встретимся на обеде, – парни махнули рукой и скрылись за дверью. Звякнуло стекло и чуть колыхнулась занавеска, которая его прикрывала от любопытных глаз.
Я посмотрел на Джерарда. Моя идиотская и немного смущённая улыбка затапливала всю физиономию. Он выглядел примерно так же – то есть счастливым и будто вырвавшимся на свободу.
- Мальчики, пока вы не ушли, – голос Елены раздался за моей спиной, заставив чуть вздрогнуть. – Помогите убраться на кухне. Мне нужно поработать в саду.
Джерард покорно вздохнул, а мне было всё равно, чем заниматься в его компании, поэтому я бодро пошёл за ним на кухню и устроился у раковины с грязной посудой.
Мы шли по практически безлюдным улочкам Ашбери в единственно возможном направлении – к океану. Океан, океан, океан, – стучало у меня в голове, я чувствовал себя словно помешанным на этом огромном скоплении горьковато-солёной воды с резким и свежим запахом водорослей и свободы. Джерард шагал рядом, очень близко. Под его локтем был зажат плед. В моём рюкзаке ютились несколько бутербродов с шоколадной пастой, наскоро намазанных для нас Еленой, и бутылка воды. Джерард обещал, что идти недалеко, и я вообще не понимал, зачем нам еда. Но спорить не стал.
Наконец обшарпанные и наоборот, вылизанные новенькой краской домики расступились, выпуская нас на набережную. Сегодня было пасмурно и облачно, но очень тепло и почти без ветра. Отличная погода для долгих раздумий в обоюдной тишине. И одиночестве – огромный песчаный пляж, на сколько хватало взгляда, был пуст. Только редкие бегуны или хозяева с собаками, что не задерживались надолго у воды.
Мы спустились по бетонной лесенке на песок и отошли чуть в сторону. Это была окраина Ашбери, и высокая кустистая трава вдоль поручня почти скрывала от нас асфальтированную набережную, а нас – от любопытных глаз.
Джерард расстелил плед и сел, не отрывая взгляда от лениво перекатывающихся волн.
- Ветра нет, но он всё равно двигается. Будто дышит, – сказал он, не поворачиваясь ко мне.
- Как живой, – согласился я, усаживаясь рядом.
Мы молчали и смотрели вперёд, на волны и небо, которые сегодня почти сливались своим свинцовым оттенком. Разве что океан был более зеленоватый, а небо – серо-синее.
- Доставай вкусняшки, – вдруг сказал Джерард. Я удивился.
- Мы же только позавтракали? И плотно…
- Просто сладенького хочется, – чуть виновато улыбнулся он, посмотрев, наконец, в глаза. Я сдался и полез в рюкзак.
Было в этом что-то. Молчаливо жевать тосты с шоколадной пастой, греться теплом бок о бок, улыбаться и вытирать измазанные лица друг друга, потому что есть это, не запачкавшись, было невозможно. Океан тоже смотрел на нас в этот момент – я был уверен. И мы не были противны его любопытному взору.
Когда с тостами было покончено, Джерард вальяжно опустился назад, закидывая руки под голову. Мне очень хотелось поговорить с ним, но он молчал, а мои темы крутились в голове каруселью, и я не мог уцепить ни одной.
- Мне снился странный сон сегодня, – сказал я после нескольких минут молчания.
- Порно? – ухмыльнулся Джерард половинкой рта, приоткрывая один глаз. Я только толкнул его в бок – вот же извращенец.
- Нет. Странный сон. Тяжёлый. Какая-то грёбаная фантастика.
- Расскажешь?
И я рассказал. Наверное, из меня плохой рассказчик, но в этот раз меня пробрало. Я рассказывал ему в подробностях и так ярко, как только мог. Об этой вселенной, о моих догадках… О наших с ним отношениях. Джерард не перебивал и даже открыл глаза, чтобы смотреть на меня и иногда – на небо.
- Охренеть, – подвёл он, когда я закончил. Мы молчали. Я тоже решил лечь рядом – устал сидеть и смотреть на Уэя сверху вниз. Мне нужно было передохнуть. – Я должен нарисовать это. Знаешь, картинка прямо так и стоит в голове. Такая жуткая… Ты не будешь против?
- Шутишь? – тихо удивился я. – Только я хочу первым посмотреть, идёт?
