- Привет работникам интеллектуального фронта, – усмехнулся отец в трубку. – Ты что, ещё дрыхнешь? Уже двенадцатый час.
- Ого, – я сделал вид что воодушевился. – Как дела?
- Хорошо, мелкий. Я тебя буквально на пару слов. Во-первых, поздравляю с окончанием учебного года. Ты молодец.
- Спасибо, – я улыбнулся, потирая свободной рукой глаза.
- А во-вторых, ты помнишь, что через неделю у деда день рождения? Юбилей, между прочим. Было бы отлично, если бы ты приехал, – сказал он, а я просыпался, словно от ведра холодной воды на голову: точно! У деда же скоро день рождения, как я мог забыть? – Алло, ты тут?
- Да, да, пап. Я тут. Конечно, я приеду, о чём речь! – взволнованно ответил я.
- Вот и отлично. Мы с дедом будем очень ждать. Маму тоже бери с собой, если не откажется, – усмехнулся он в трубку. – Мы очень соскучились, Фрэнк.
- Я тоже, папа, – искренне выдохнул я.
- Ну всё, до встречи тогда.
- До встречи, – я улыбнулся, и в трубке раздались короткие гудки.
- Мам, – крикнул я на кухню. – Ты поедешь со мной в следующую пятницу в Белльвиль на день рождения деда?
Мама возилась у плиты, шипела разбрызгиваемая вода в раковине и звенели стеклом тарелки. Но она всё же ответила мне:
- Мы обсудим это позже, мне нужно подумать. А пока умывайся и за стол. Завтрак почти готов.
Я вздохнул и поплёлся ванную, подбирая полы пытавшейся свалиться простыни.
Сердце стучало быстрее, чем обычно, а себя я чувствовал девочкой, идущей на первое свидание. В понедельник в обеденное время на улице почти никого не было, редкие машины и прохожие составляли мне компанию, пока я шёл к школе – узнать результаты тестов. А после, господи боже, святое дерьмо, наконец-то! – я намеревался завалиться к Уэям с ночевкой, о чём уже договорился с мамой.
Я вспоминал утомительный вчерашний день, почти целиком прошедший для меня в тасканиях сумок за неторопливо бродящей по магазинам мамой. Мне на откуп пошли пара новых футболок-поло и одни джинсовые шорты. Впрочем, в кафе в центре Ньюарка, летней верандой выходящем на Вашингтон-парк, я наелся вкуснейшей лазаньи и безлактозного мороженого, которое в нашем районе днём с огнём не сыщешь. А ещё там же состоялся разговор, который почему-то поселил внутри смутную тревогу.
- Какие у тебя планы на лето, Фрэнки? – спросила мама, с достоинством первой леди колупая свой десерт. Я только пожал плечами.
- Да никаких особо, если честно. Гулять, кататься на роликах, ездить на пляж, зависать с друзьями… Всё как обычно, – улыбнулся я.
- Просто я тут подумала взять полный отпуск и всем вместе, – она выделила это особенной интонацией и взглядом, – поехать в Белльвиль, отдохнуть. Ты встретишься с близнецами, с отцом и дедом, да и бабушка по тебе очень соскучилась.
- Всем вместе – это…
- Это все вместе. С Леоном и Клэр, – спокойно подтвердила она.
Ну конечно, как я мог забыть про маминого мужчину и его дочь. Впрочем, с круговертью последних месяцев это было немудрено. Мы и с мамой-то почти не виделись и даже не говорили толком.
- Интересная идея, – снова пожал я плечами и вернулся к поеданию мороженого, всем своим видом показывая, что не слишком заинтересован. Боже, здесь был Джерард, и я так хотел проводить с ним всё своё время, и уезжать в Белльвиль на целый месяц сейчас… это было бы безумием.
- Хорошо, – мама кивнула. – Тогда мы обсудим, когда лучше поехать…
- Лучше в июле, – выпалил вдруг я, надеясь на хотя бы месяц с Уэем.
Мама только улыбнулась и посмотрела на меня – с каким-то таинственным интересом. И этот самый взгляд поселил внутри живота холод и тревогу – едва осязаемую, но это сейчас лишь подстёгивало меня, когда я взлетал по школьным ступеням и открывал двери, чтобы пройти сквозь редкую толпу к стендам с вывешенными результатами.
- Фрэнк, привет, – сбоку от меня оказался Том, и я радостно пожал его руку.
- Ну как? – поинтересовался я у него, ища взглядом свою фамилию, неуверенно начиная практически с конца.
- Куда ты смотришь, чудак, – усмехнулся Том. – Ты в пятёрке лучших.
- Гонишь! – не поверил я и резко скакнул взглядом к началу списка. И правда. Мой результат, как и у десяти других ребят с параллели, был третьим по баллам. Охренеть…
- Неплохо, Фрэнк, – на моё плечо вдруг легла тяжёлая ладонь, и я обернулся, уже зная, кого увижу.
- Добрый день, мистер Блом.
- Ага, – кивнул головой этот мужик, в тридцатиградусную жару выглядевший в своём строгом костюме словно только что вышел из холодильной камеры – как чёртово совершенство. – Ты хорошо потрудился в этом году. Постарайся не скатиться и в следующем, и тогда я постараюсь выбить для тебя премию в «Руттгерс».
- Эм… – я замялся и даже не знал, что сказать. – Спасибо, я постараюсь.
- Вот и отлично, – он похлопал меня по плечу, неторопливо и тяжеловесно, и убрал руку. По стёклам очков пробежался блик, когда он повернул голову. – Хорошего лета, Фрэнк.
- И вам тоже, мистер Блом.
- Уэям привет. Майкл тоже хорошо поработал. Он молодец. Впрочем, как и его брат, – он криво усмехнулся и скрылся за поворотом коридора.
- Ого, – шепнул снова появившийся рядом Том. – Что это было?
