Там меня ждало несколько новостей. Первая была в том, что обследование в больнице никаких сюрпризов не принесло – хоть внешне Майки и выглядел сильно подбитым, внутри у него всё было цело. И это очень радовало. Рэй тоже был у Уэев, он сказал, что отпросился сегодня с занятий, чтобы помочь другу. Вторая новость была в том, что Джерард, съездив с ребятами в больницу и убедившись, что с Майки всё в порядке, снова исчез в неизвестном направлении. Именно поэтому Рэю пришлось пропускать школу – не оставлять же Майки одного? Хотя тот очень возмущался и говорил, что с ним всё в порядке. Рэй бесился (не по поводу пропуска, а по поводу поведения Джерарда), но сделать ничего не мог. Я тоже не понимал, что происходит, и только надеялся на то, что этот парень не наделает глупостей. Он ведь обещал, что разберётся? У меня не было причин не верить ему. Третья новость заключалась в том, что Майки не собирался отмечать свой шестнадцатый день рождения, который приходился на следующий четверг. «Посмотри на меня, Фрэнки, – говорил он, тыкая пальцами в своё лицо, – я похож на парня, готового устроить вечеринку в честь дня рождения? Если бы мне так повезло родиться в Хэллоуин, то, ещё куда ни шло, с такой рожей я был бы одним из лучших. Но увы...» – и он театрально взмахивал руками, чтобы прикрыть одной из них глаза и изобразить, что он в жутком расстройстве и рыдает.
- Ладно, клоун. Давай лучше позанимаемся. Зря я что ли горбатился, записывая все эти лекции?
И каждый вечер, пока Майки окончательно не поправился, я приходил к нему после школы, и мы на самом деле занимались. Это время очень многому научило меня. Глядя, как уперто друг разбирается с тем, что было непонятно, как изо дня в день заставляет себя и меня (что намного сложнее) засесть за лекции, игнорируя предложения посмотреть фильмец или порубиться в приставку, я понимал, что просто не умею учиться.
- В учёбе нет ничего сложного, – говорил мне Майки, разбирая мои каракули. – Просто она – дама капризная, и требует, чтобы ей уделяли время. А когда это входит в привычку, становится ещё проще – пока не позанимаешься, не сможешь делать ничего другого.
И, несмотря на моё очень скептическое отношение к его словам, я на самом деле втянулся. Забегая вперёд, можно сказать, что те две недели занятий с Майки позволили мне начать учиться и даже иногда получать от учёбы какое-никакое, а удовольствие.
В некоторые вечера я захватывал к Уэям помимо школьных лекций свою гитару, и тогда мы с Рэем устраивали для Майки музыкальные вечера. Играли для него песни его любимых Smashing Pumpkins и Anthrax, угорали, трясли волосами (лучше всего это получалось у Рэя), снова играли, горланили песни до того состояния, что потом еле могли говорить. Майки был счастлив, а мы – тем более, потому что играли и потому, что были вместе. Единственная проблема была в том, что Джерард снова исчез. По рассказам Майки, его не было уже который день с утра до вечера, вечером он ненадолго возвращался, быстро ел, переодевался и снова уходил. После этого, как сказал Майк, он мог прийти утром, часа в четыре, и завалиться спать до восьми, а потом всё повторялось по новой.
- Так ты пытался выяснить, что он творит? Это же ненормально? – спрашивал я у друга, заранее зная, что он может ответить.
- Бесполезно. Он отговаривается тем, что всё в порядке, что надо немного потерпеть, и он вернётся в школу. А сейчас он очень торопится и чтобы я не переживал. И это я слышу раз за разом. Я не знаю, что происходит с ним, – расстроенно говорил Майки.
- По-моему, я мало ему врезал тогда, – вздыхает Рэй недовольно, но даже по нему видно, что он беспокоится.
Так мы и оставались в неведении, пока вечером в воскресенье мама не пришла с работы и не стала увлечённо рассказывать мне о том, что заходила в магазин на углу у трамвайной остановки.
- Фрэнки, мне показалось, но кажется, я видела Джерарда. Конечно, семь лет прошло, но такие глаза и улыбка так просто не забываются – она говорила, нарезая овощи для ужина, а я уже почти бежал в комнату, чтобы одеться. – Он не рассказывал, что работает в магазине?
- Мам, на каком углу, ты говоришь, этот магазин? – спрашивал я, уже надевая кеды в прихожей.
- Сразу за остановкой трамвая. «Продукты и мелочи», кажется. А ты куда? – она наконец повернулась, и увидела одетого меня. Удивилась. – Уже поздно и темно, куда ты собрался?
- Я быстро. Скоро вернусь. Быстро сбегаю туда и обратно, – я договаривал, уже закрывая дверь. Мама знала, что если я решу – меня невозможно остановить, поэтому и не пыталась. Я был благодарен ей за это.
Почти бегом я добрался до угла Спрингфилд авеню и Берген стрит, рывком открыл дверь небольшого магазинчика и зашёл внутрь. За кассой стоял парень, но это был не Джерард. Я какое-то время просто стоял, пытаясь отдышаться. Часы на стене показывали половину десятого.
- Тебе чем-то помочь? – спросил меня парень в униформе продавца.
- Эм... Я ищу Джерарда. Может… Ты можешь подсказать… – я сбивался и не мог толком договорить, потому что дыхание никак не хотело восстанавливаться.
