Проведя в терзаниях еще секунду-другую, Петрова снова сунула руку в карман и осторожно, словно сапер, выкручивающий запал из взрывного устройства, извлекла наружу свою «Nokia». С опаской осмотрев телефон со всех сторон, она собралась с мыслями и нажала кнопку включения.
Мобильник проиграл фирменную приветственную мелодию, после чего, поймав сеть, разразился длинной очередью однотипных электронных сигналов. 45 непринятых вызовов и 30 непрочитанных сообщений. Последнее сообщение пришло буквально минуту назад. «Да он просто сумасшедший! Представляю, что он мне тут понаписал. Нет, пожалуй, не буду себя расстраивать перед прогулкой, прочитаю только последнее», – пошла на компромисс сама с собой молодая женщина, раздираемая на части одновременно и любопытством, и страхом.
«Теперь поздно что-либо менять. Ты сама во всем виновата. Беги, Лисичка, я уже иду».
Юля ощутила, как сердце екнуло в груди. Она смотрела на экран мобильника и почувствовала, как пол автобуса уходит из-под ног. Чтобы не упасть, она вцепилась в поручень так, что побелели костяшки пальцев.
– Юль, ты хорошо себя чувствуешь? – послышался рядом обеспокоенный голос Марии Сергеевны, которая всю дорогу исподволь наблюдала за компаньонкой. – Ты как-то очень бледно выглядишь.
– Нет-нет, все нормально. Укачало, наверное, – поспешно заверила ее Петрова, хотя сама едва стояла на ногах.
«Нет, ну чего я так боюсь? Подумаешь, угрожает. Как он меня найдет? Москва – она же огромная! А в его распоряжении лишь номер моей московской «симки». Нужно просто выключить телефон и не портить себе настроение», – твердо решила она и заставила себя улыбнуться.
– Смотрите, вот и наша остановка. Приехали… Мария Сергеевна, а давайте с собой на прогулку возьмем по шаурме у дяди Жорика? А?
– Хорошо, Юль, давай, – согласилась Зорко, продолжая внимательно разглядывать девушку. – Только…
Понимая, что разговор по душам начинать еще рано, она осеклась. Несмотря на наигранную веселость, у девушки до сих пор заметно дрожали кончики пальцев.
«Станция «Парк культуры».
– Извините, вы выходите? – раздался сзади приятный женский голос.
– Да, – ответила Юля.
Однако тут же насторожилась. Она хорошо помнила, что вчера наугад назначила свидание именно около центрального входа станции «Парк культуры» на красной линии. «Боже! А вдруг он вернулся и ждет меня там? – возникла в голове нелепая мысль, которую, правда, быстро вытеснило более здравое суждение: – Да что такое вообще со мной происходит?! Чего я так его боюсь? Я уже брежу наяву! Ну как он может меня там ждать?.. Хотя…»
И тут иррациональный страх вроде инстинкта выживания в дикой природе проявил себя во всей красе. Юля ощутила незримую тень смерти, которая как будто внезапно коснулась ее своим ледяным крылом. От этого мимолетного ощущения сродни взгляду в затылок и ветерку за спиной она резко вздрогнула. Юля даже обернулась в надежде найти источник этого пугающего ощущения, но все ушло, будто секунду назад это происходило не с ней. «Сквозняк в туннеле или ветерок от поезда…» – растерянно предположила она.
И действительно, электропоезд, на котором они что только приехали, уже исчез в глубинах московской подземки. Как и его собрат на противоположном пути. Пассажиры дружной толпой двинулись в сторону эскалатора, а на опустевшем перроне стояли лишь несколько человек, не считая ее и Зорко.
«Его здесь точно нет. Мне, наверное, показалось», – пришла успокоительная мысль. Но настроение уже было испорчено.
– Мария Сергеевна, у меня есть идея. Давайте перейдем на Кольцевую линию и прокатимся еще одну остановку до «Октябрьской»?
– Юль, а зачем? Мы же хотели выйти в город именно здесь. Собирались перейти через мост на Крымском Валу. Ты же сама хотела прогуляться по набережной до памятника Петру…
– Да, конечно, но…
Она пыталась найти вескую причину, по которой им следовало проехать еще одну остановку, но получалось плохо.
И тут ее осенило:
– Мария Сергеевна, я хочу показать вам один музей, где, уверена, вы еще никогда не бывали… Как вам такой сюрприз?
Вместо ответа Зорко лишь вопросительно подняла левую бровь и немного прищурилась. Теперь она твердо знала, что с ее соседкой творится что-то неладное.
– Музей меценатов, – гордо заявила молодая врач, расценив молчание приятельницы как личную маленькую победу. – Слышали о таком?
– Никогда. Буду рада туда заглянуть.
– Тогда вперед! – нарочито бодро воскликнула Петрова, искренне обрадовавшись ее согласию, словно только что избежала смертельной опасности.
Впрочем, она была не так уж далека от истины.
Колкин стоял около крайней арки на выходе со станции «Парк культуры». Прижавшись вплотную к стене, острием ножа он, наверное, в сотый раз старательно, с маниакальным упорством обводил нацарапанное на поверхности слово.
– Сучка…
День давно перешел в вечер, на город опустились ранние апрельские сумерки. Городские электронные часы-табло показывали начало восьмого.
– Эта сучка меня обманула… Она все-таки посмела меня обмануть… – монотонно, как мантру, бормотал он под нос одни и те же слова.
