– Перечислю, – обещала Докия и мысленно подсчитывала, сколько уже отправила.
Может, лучше репетиторством заняться? Выходило очень даже выгодно.
– И наверное, надо ей гардероб обновить. Она жалуется, что сейчас девочки не носят то, что у нее.
Хотелось ответить – думай. Это твоя дочь. Что-то о гардеробе Докии особо никто не заботился. Почему сейчас она должна? Тем более сама девушка на житье-бытье ничего не просит, давно уже. Хотя жизнь здесь – очень недешевая.
Но молчала. Проглатывала в очередной раз. Ну у кого матери еще просить? Отца нет. Баба Капа – пенсионерка, самой на жизнь едва хватает.
Внутренние возмущения стихали. До следующего созвона.
Но через неделю нашелся другой повод для возмущений. Поздно вечером раздался звонок в дверь. Странно: Лис и Докия гостей не ждали, доставку не заказывали, соседи у них тоже не самые общительные, соль предпочитали иметь свою, в долг брали в банке.
Лис напрягся. Докия тоже. Сразу вспомнился Морозов, хоть он больше не появлялся, но мало ли что может прийти в больную голову.
Пока решали, открывать-не открывать, звонок повторился. А потом затрезвонил телефон Докии, с фоткой сестрицы на экране.
– Донь, привет! Ты не дома, что ли? – проорала Анюта. – Если ты не оставляешь ключи под ковриком, я описаюсь на хрен!
Услышать подобное от сестрицы Докия не ожидала и даже слегка растерялась. Но затем подскочила к двери и повернула замок.
Анька заскочила прямо как была: в балахонистой куртке, капюшоне на голове, сапогах-дутышах – рванула вперед, только рюкзачок скинула на пол. И даже безошибочно угадала, где туалет. Впрочем, расположение квартиры типовое, может, у нее кто-то из друзей в подобной живет.
Вышла не скоро. Уже почти раздетая.
– Уф! – выдохнула, улыбаясь от уха до уха. – Счастье есть!
Потом наткнулась взглядом на Лиса, стоявшего без движения с момента ее появления (руки на груди, выражение лица – самое невозмутимое).
– Ой, здрасте, – и даже почти не смутилась.
– Здрасте, – передразнил Лис.
– Аня, ты откуда? Мама вообще знает? Почему не предупредили? – кинулась с вопросами к сестрице Докия.
– Конечно, знает, сама на экскурсию с классом мне средства выделяла, – выбрала, на что отвечать девушка, и, с интересом поглядывая на Лиса, начала раздеваться.
– В смысле – экскурсию? А деньги-то откуда взяла?
– Блин! – простонала Анюта. – Не нуди, а! Деньги ты сама присылала.
– На репетиторов! Маме!
– Ну да. А она давала их мне. И я их копила. Мне репетиторы не сдались. Я курсы закончила, вот! По маникюру! – выдала сестрица, принялась рыться в своем рюкзачке, выудила сертификат и замахала им перед носом Докии. – И за экскурсию сюда сама заплатила!
– Ну, предположим, твою экскурсию оплатила я! – возмутилась Докия. – Как и курсы по маникюру.
Аня только закатила глаза.
– Странно, а почему мама не предупредила, что ты приедешь?
– Потому что она так и сказала, что тебе это не понравится!
Разумеется, не понравилось!
– А про курсы она знает?
– Нет, конечно, – на этот раз сестрица округлила глаза и посмотрела испуганно. – Только ей не говори! А я тоже кое-что не скажу, – она выразительно глянула на Лиса.
Тот хмыкнул и ушел на кухню, чтобы не мешать семейным разборкам.
– Доня, посрать мне на репетиторов! Я ЕГЭ все равно не сдам! А маникюрщицы хорошо зарабатывают. Надо только клиентуру набрать.
Докию поразила эта психология. Она сама в шестнадцать лет так не думала и не рассуждала.
– Так надо было уходить после девятого класса. Набирать клиентуру.
– А-ха! – возмутилась Аня. – И без выпускного, да? Без последнего звонка, без красивого платья? У тебя было, а мне типа фигушки?
Сестрица раздражала. Докия еле сдерживалась, чтобы не вытолкать ее взашей, кинув вслед куртку, рюкзачок, сертификат. Еще и шантажировать собралась!
– Вообще-то все твои хотелки, Нюточка, за мои деньги! Я работаю и учусь!
– Так пусть твой, – она мотнула головой в сторону кухни, – тебя содержит. Или ему слабо? Эй, красавчик! Тебе слабо?
– Это Лис! – прошипела Докия и торкнула Аньку, видимо, не слабо, потому что та вся скривилась, как маленькая.
– Я… Я… К тебе в гости, – сестренка сначала лишь безмолвно открывала рот, а потом разразилась рыданиями. – Нас отпустили погулять! Я вызвала такси! И сама заплатила, между прочим! А ты… Ты… Плевать мне! – а потом вдруг резко захлопнула фонтан, уставилась в никуда, икнула. – Лис? Стрельников? Шутишь? Ой, мамочки, блин! Крипово!
Докия развернулась и ушла в комнату. За сестрицу было очень стыдно. За мать – почему-то тоже. Устроили какой-то заговор, междусобойчик, выставили ее не пойми кем. И сейчас…
А что сейчас-то?
Она решительно набрала номер матери. Без видео. Сообщила, что Анюта у нее, добралась нормально, никто бедную деточку не обидел. А потом добавила:
– Знаешь, мам, вы как-то там поэкономнее с финансами. Потому что я живу с мальчиком… Ты его знаешь, мы учились вместе. Елисей Стрельников. Мы и сейчас учимся вместе. Да, и у нас все серьезно.
Возникший в проеме Лис тоже смотрел серьезно. И нежно.
