Несмотря на беспокойство, что эта картинка поможет быстрее их обнаружить, Зола не могла скрыть своего впечатления.
– Он больше, чем я думала.
– Бывали времена, когда команда состояла из двенадцати человек, – сказал Торн, любовно поглаживая корпус корабля.
– Достаточно пространства, чтобы не сталкиваться друг с другом. – Зола прохаживалась рядом с люком в ожидании, когда Торн откроет его. Но, обернувшись, она увидела, что он любовно трется виском о боковое крыло «Рэмпиона», воркующим голосом жалуясь кораблю, как он по нему скучал.
Зола как раз приготовилась закатить глаза, когда вдруг по складу разнесся незнакомый голос:
– Сюда!
Обернувшись, она увидела, как кто-то склонился над телом Алака. Она безошибочно определила, что на человеке военная форма Восточного Содружества.
Зола выругалась про себя.
– Нам пора. Сейчас же!
Торн, пригнувшись, приблизился к люку:
– «Рэмпион», пароль: «Капитан – король». Открой люк.
Они подождали, но ничего не произошло.
Зола приподняла брови.
– «Капитан – король». «Капитан – король». «Рэмпион», очнись. Это Торн, капитан Карсвелл Торн. Что за…
Зола жестом попросила его помолчать. С противоположной стороны корпуса четверо мужчин направлялись к кораблю через заставленный склад, свет фонарей скользил по машинам.
– Вероятно, сел аккумулятор, – сказала Зола.
– Каким образом? Он же просто тут стоял.
– А ты, случаем, не оставил включенным свет? – резко спросила она.
Торн фыркнул и прислонился к кораблю. Шаги приближались.
– Или это система автоматического контроля, – рассуждала Зола, напрягая мозг изо всех сил. Она никогда не чинила ничего крупнее шаттла, но вряд ли они сильно отличаются. – У тебя есть сам ключ?
Он моргнул.
– Да, конечно, погоди, сейчас вытащу его из кармана своей тюремной униформы, и мы продолжим путь.
Зола сверкнула глазами, но промолчала: офицер как раз проходил в двух рядах от того места, где они стояли.
– Стой здесь, – прошептала она. – Попытайся еще раз открыть корабль и взлететь как можно быстрее.
– Ты куда?
Не отвечая, она крадучись приблизилась к боковому крылу, к этому моменту у нее на сетчатке уже появилась схема корабля. Обнаружив люк, Зола как можно осторожнее нажала на рычаг. Забравшись в ходовую часть, она скрючилась в три погибели, уворачиваясь от проводов и кабелей. С глухим стуком девушка закрыла за собой дверь люка и оказалась в кромешной тьме. Попасть в следующую дверь было сложнее, но с помощью фонарика и отвертки уже через минуту она отвинтила изоляционную панель и вошла в машинное отделение.
Свет фонаря осветил огромный двигатель. Она увидела прямо перед собой на голубых проводах материнскую плату и протиснулась к ней. Вытащив из руки универсальный переходник, Зола подключилась к основному компьютеру.
Ее фонарь тускло загорелся, а собственная энергия переключилась на корабль. Перед глазами появился бледно-зеленый текст:
Торн подпрыгнул от лязга, раздавшегося наверху.
Раздался мужской голос:
– Вы слышали?
Согнувшись, Торн залез под шасси корабля и распростерся у металлической перекладины.
– «Капитан – король», – прошептал он. – «Капитан – король», «капитан – коро…»
Машина тихо завибрировала у него над головой. У носа корабля зажглись бледным светом ходовые огни.
– «Капитан – ко…»?
Привод корабля застучал раньше, чем он успел договорить. Люк открылся, опуская трап на бетон. Торн с трудом успел увернуться, его едва не раздавило.
– Сюда!
Свет фонарей упал на юношу как раз в тот момент, когда он залезал на спустившийся пандус.
– «Рэмпион», закрой люк!
Корабль не шелохнулся.
Послышался выстрел. Пуля попала в верхний прожектор корабля.
Торн юркнул за пластиковые ящики, захламляющие грузовой отсек.
– «Рэмпион», закрой люк!
– Я над этим работаю!
Он замер, удивленно оглядывая трубы на потолке грузового отсека.
– «Рэмпион»?
Последовавшую тишину разорвал скрежет пандуса с внешней стороны, послышался стук тяжелых сапог, потом трап снова заскрипел и начал подниматься. Дождь из пуль рикошетом отлетал от металлических стен и обрушивался на пластиковые ящики. Торн закрыл голову руками и стал ждать, пока пандус не поднимется настолько, чтобы закрыть его от пуль. Тогда он выбрался из-за ящиков и направился в кабину пилота.
Корабль задрожал, люк с гулом закрылся. Целый шквал пуль обрушился на корпус.
Отталкивая ящики в сторону, Торн с трудом добрался до кабины с тусклым аварийным освещением. Коленом он врезался во что-то твердое и, выругавшись, упал в кресло пилота. Лобовое стекло было настолько грязным, что единственное, что он мог увидеть, это слабый свет в окнах кабинета Алака и лучи фонарей, скользящие по «Рэмпиону» в поисках другого входа.
– «Рэмпион», приготовиться к взлету!
Экраны и кнопки на панели управления вспыхнули – но не все, а только самые необходимые.
Из динамиков раздался все тот же металлический женский голос:
– Торн, я не могу запустить автопилот. Нужно взлетать на ручном управлении.
Капитан изумленно уставился на панель.
– Почему корабль разговаривает со мной?
