– Это я, идиот!
Наклонив голову к динамикам, он прошептал:
– Зола?
– Слушай, в системе автопилота сбой. Блок питания тоже неисправен. Думаю, корабль сможет взлететь, но управлять им тебе придется вручную.
Сухой компьютерный голос был прерван новым шквалом пуль по закрытому люку.
Торн сделал глубокий вдох.
– Без помощи компьютера? Ты уверена?
Последовала небольшая пауза, потом из динамиков вновь послышался голос, и Торну показалось, что, несмотря на ровный тон, он может различить скрежет зубов Золы:
– Ты ведь знаешь, как это делается, правда?
– Э-э-э… – Торн взглянул на панель управления перед собой. – Да?
Расправив плечи, он потянулся к рычагу у потолка. Через минуту по складу разлился солнечный свет, а крыша стала открываться посередине.
Из боковой части корабля послышался стук.
– Да, да, я тебя слышу. – Торн включил зажигание.
Лампочки на приборной доске потускнели, двигатель ожил и негромко заурчал.
– Поехали.
Еще один удар послышался снаружи корабля. Торн нажал пару кнопок, переводя корабль в режим хувера, и поднял его в воздух. Тот мягко оторвался от земли, шасси сменились на магниты, поднимающие машину легко, словно пушинку, и Торн глубоко, с облегчением вздохнул.
Вдруг раздался треск, и корабль начал крениться.
– Эй-эй-эй, не делай так! – Пульс Торна бешено забился. Он выровнял корабль.
– Блок питания почти разряжен. Тебе придется использовать запасные ракетные двигатели.
– Использовать запасные – что? А, неважно, я уже их нашел.
Из двигателя снова вырвалась вспышка пламени. От внезапного скачка энергии корабль завалило на другую сторону, послышался скрежет: они задели соседний корабль. «Рэмпион» задрожал и начал снижаться. С правого борта на него обрушился град пуль. Капля пота стекла по шее Торна.
– Что ты там творишь?
– Не отвлекай меня! – заорал он, хватаясь за рычаги и выравнивая корабль. Но он перестарался. Корабль слишком сильно завалило вправо.
– Мы погибнем.
– Это не так просто, как кажется! – Торн снова выровнял корабль. – Обычно за это отвечает автоматический стабилизатор!
К его удивлению, в ответ он не услышал никакого саркастического замечания.
Через минуту зажегся еще один экран.
Корабль мягко выровнялся, все еще подрагивая, и завис невысоко над поверхностью.
– Отлично! Так держать!
Костяшки на руках капитана побелели – так сильно он впился пальцами в пульт управления, нацелив корабль носом на открытую крышу. Урчание двигателя перешло в рев, корабль устремился вверх. Торн услышал прощальный стук пуль, который вскоре стих: корабль выскользнул из склада и оказался в слепящем свете солнца.
– Давай, милая, – прошептал Торн, прикрыв глаза, когда корабль без сопротивления и колебаний покинул защитное магнитное поле города, используя всю энергию ракетных двигателей, и стремительно нырнул в тонкие облака, дымкой растекшиеся по утреннему небу. Небоскребы Нового Пекина исчезли внизу, оставив корабль один на один с небом и бесконечным пространством космоса.
Пальцы Торна не отпускали пульт управления, словно прикованные к нему, пока корабль не покинул атмосферу Земли. У капитана кружилась голова, и, отрегулировав мощность двигателей корабля, вышедшего на орбиту, он убрал руки с пульта.
Торн с облегчением откинулся в кресле. Его трясло. Понадобилось некоторое время, чтобы он снова мог говорить, сердце продолжало отчаянно колотиться.
– Отличная работа, девочка-киборг, – произнес он. – Если ты хотела получить постоянное место в моей команде, что ж, ты принята!
В динамиках было тихо.
– Я не имею в виду низшее звено. Например, должность первого помощника вакантна. Ну, вообще-то практически любая должность свободна. Механик… повар… пилотом было бы здорово, тогда мне не пришлось бы снова проходить через это. – Он подождал. – Зола? Ты там?
Ответа так и не последовало, и он заставил себя встать, выбрался из кабины пилота и прошел мимо грузового отсека по коридору, где были каюты для команды. Он едва держался на ногах от слабости, когда достиг люка, ведущего на нижний этаж корабля. С грохотом спустившись вниз, он попал в узкий коридор между машинным отделением и шлюзом для шаттлов. На экране рядом с дверью в машинное отделение не было никаких предупреждений, ничего о разгерметизации или каких-то перебоях давления. Но и о живой девушке там тоже ничего не было сказано.
Торн нажал на кнопку разблокировки двери, убрал задвижку и вошел.
Двигатель громко работал, в помещении было жарко и пахло расплавившейся резиной.
– Э-э-эй! – позвал он, глядя в темноту. – Киборг? Ты здесь?
Даже если она и ответила, ее слова потонули в грохоте двигателя. Торн сглотнул.
– Включить свет!
Красный свет аварийного сигнала зажегся над дверным проемом, бросая темные тени на огромный вращающийся барабан двигателя и бессчетное количество проводов, раскинувшихся под ним подобно щупальцам.
Торн посмотрел в угол, заметив там краем глаза что-то белое.
Встав на четвереньки, он подполз к Золе.
– Девочка-киборг?
Она не пошевелилась.
