– Довольно! – прошипел Лорсен, подхватив Старика под руку. – Когда мы доберёмся до Старикланда, каждый человек получит премию! Каждый!
Сворбрек скрючился за стойкой, видимо пытаясь слиться с полом, и бешено строчил в блокноте. Сержант Ког отступал к двери – чутьё у него всегда было отличное. Шансы поменялись, и не к лучшему. А ведь Димбик умолял старого дурака Коску подождать, когда прибудет больше людей, но с тем же успехом можно было спорить с приливом. А теперь достаточно было кому-нибудь случайно пустить стрелу, и здесь начнётся кровавая баня.
Димбик положил руку на плечо арбалетчика, словно успокаивал норовистую лошадь.
– Тише…
– Срал я на вашу премию! – прорычал Коска, и, теряя всякие остатки достоинства, попытался вырваться из рук Лорсена. – Где, блядь, моё золото?
Мэр отступила, прижав бледную руку к груди, но Сармис, казалось, только вырос, его белые брови сошлись:
– Что это за дерзость?
– Примите наши извинения, – затараторил Темпл, – мы…
Сармис ударил его по лицу ладонью, сбив с ног.
– На колени, когда обращаешься ко мне!
Рот Димбика пересох, в голове стучало. То, что он умрёт за абсурдные амбиции Коски, казалось ужасно нечестным. Его перевязь уже отдала свою жизнь за сомнительное дело, и эта жертва казалась более чем достаточной. Димбику однажды говорили, что лучшие солдаты редко бывают отважны. Ещё когда он не сомневался, что армия станет его карьерой. Он потянул руку к мечу, совершенно не понимая, что будет делать, когда она достигнет рукояти.
– Я не потерплю новых разочарований! – взвизгнул Старик, пытаясь добраться до своего эфеса, но одну руку удерживал Лорсен, а во второй всё ещё была зажата полупустая бутылка. – Люди Милосердной Руки! Обнажите…
– Нет! – гаркнул Лорсен, словно хлопнул дверью. – Капитан-генерал Димбик, возьмите предателя Никомо Коску под арест!
Последовала небольшая пауза.
Всего-то на один вздох, наверное, хотя казалось, она тянулась намного дольше. Пока все оценивали шансы и возможные исходы. Пока все судили, у кого сейчас переходящая власть. Пока всё устаканилось в голове Димбика, и, несомненно, в головах каждого присутствующего. Один вздох, и всё поменялось.
– Слушаюсь, инквизитор, – сказал Димбик. Два арбалетчика подняли оружие, направив его на Коску. Они явно сами немного удивились, что выполняют приказ, но всё равно подчинились.
Балагур оторвался от своих костей и нахмурился.
– Два, – сказал он.
Коска, разинув рот, глазел на Димбика.
– Так вот оно как? – Бутылка выпала из его нервных пальцев, ударилась об пол и покатилась, разливая спиртное. – Вот оно как, да?
– А как же иначе? – сказал Димбик. – Сержант Ког?
Почтенный солдат шагнул вперёд, поразив военной расторопностью.
– Сир?
– Прошу, разоружите господина Коску, господина Балагура и господина Сворбрека.
– Заключите их в кандалы на время поездки, – сказал Лорсен. – По возвращению их ждёт судебный процесс.
– Почему я? – пропищал Сворбрек. Его глаза были размером с блюдца.
– А почему бы и нет? – капрал Брайт посмотрел на писателя и, не найдя оружия, вырвал из его руки карандаш, швырнул на пол, и устроил целое представление, растаптывая каблуком.
– Заключённый? – пробормотал Балагур. По какой-то причине, когда наручники защёлкнулись вокруг его запястий, на его лице играла лёгкая улыбка.
– Я вернусь! – рычал Старик, извиваясь и брызгая слюной через плечо, когда Ког потащил его прочь. Пустые ножны хлопали его по ногам. – Смейтесь, пока можете, но Никомо Коска всегда смеётся последним! Я отомщу вам всем! Я не потерплю новых разочарований! Я… – Дверь качнулась и закрылась за ним.
– Кто был этот пьянчуга? – спросил Сармис.
– Никомо Коска, Ваше Превосходительство, – пробормотал Темпл, всё ещё стоя на коленях и прижимая одну руку к окровавленному рту. – Печально известный солдат удачи.
Легат проворчал:
– Никогда о нём не слышал.
Лорсен прижал руку к груди и низко поклонился.
– Ваше Превосходительство, молю, чтобы вы приняли мои извинения за любые неудобства, посягательства и…
– У вас есть восемь недель, чтобы покинуть территорию Империи, – сказал Сармис. – Любой из вас, кого после этого обнаружат в пределах наших границ, будет похоронен заживо. – Он хлопнул по нагруднику, выбив пыль. – Есть у вас такая штука, как ванна?
– Конечно, Ваше Превосходительство, – промурлыкала Мэр, едва не падая ниц. – Мы сделаем лучшее из возможного. – Провожая легата к лестнице, она перевела взгляд на Димбика и прошипела: – Выметайтесь.
Новый капитан-генерал ни в коем случае не собирался с этим спорить. С величайшим облегчением он и его люди вывалились на улицу и приготовили усталых лошадей к отъезду из города. Коску втащили в седло. Его редкие волосы растрепались, и он ошеломлённо и расстроенно глядел на Димбика.
– Я помню, как нанял вас, – пробормотал он. – Пьяного, растоптанного и бесполезного. Я милосердно предложил свою руку. – Он попытался продемонстрировать предложение руки, но этому помешали наручники.
Димбик пригладил волосы.
– Времена меняются.
