Кантлисс отметил Шай, Савиана, Ламба и два десятка или более наемников, и с инстинктом труса Темпл отлично распознал быстро отмеченную перестановку в балансе сил. Он энергично кивнул.
– Несколько месяцев назад ты купил несколько лошадей в городе под названием Грейер. Ты использовал монеты, такие как эти. – Коска достал маленький золотой кусочек с магическим орнаментом. – Так случилось, что это древние имперские монеты.
Взгляд Кантлисса метался по лицу Коски, словно он пытался прочесть почерк.
– Да. Это факт.
– Ты купил этих лошадей у повстанцев, дерущихся за то, чтобы освободить Старикланд от Союза.
– Да?
– Да.
– Да!
Коска придвинулся ближе.
– Откуда были монеты?
– Люди Дракона заплатили мне ими, – сказал Кантлисс. – Дикари в горах за Биконом.
– Заплатили за что?
Он облизал покрытые коркой губы.
– За детей.
– Отвратительный бизнес, – пробормотал Сворбрек.
– Таков любой бизнес, – сказал Коска, придвигаясь ближе и ближе к Кантлиссу. – У них есть еще такие монеты?
– Все, что я мог бы захотеть, вот что он сказал.
– Кто сказал?
– Ваердинур. Он их лидер.
– Все, что я могу захотеть. – Глаза Коски блестели, как воображаемое им золото. – Так ты говоришь мне, что эти Люди Дракона в союзе с повстанцами?
– Чего?
– Что эти дикари финансируют и возможно укрывают самого Контуса, лидера повстанцев?
Пока Кантлисс моргал, стояла тишина.
– Эээ… да?
Коска очень широко улыбнулся.
– Да. И когда мой наниматель инквизитор Лорсен задаст тебе тот же вопрос, каков будет ответ?
Теперь Кантлисс тоже улыбнулся, чувствуя, что его шансы значительно улучшились.
– Да! Этот Контус там у них, не сомневаюсь! Черт, он наверное собирается использовать их деньги, чтобы начать новую войну!
– Я так и знал! – Коска налил порцию алкоголя в пустой стакан Ламба. – Мы должны сопровождать вас в горы и выдернуть этот самый корень восстания! Этот несчастный человек будет нашим проводником и тем самым завоюет себе свободу.
– Да, точно! – крикнул Кантлисс, скалясь на Шай и Ламба, и Савиана, а затем вскрикнул, когда Брачио поднял его на ноги и грубо потолкал в сторону двери, с раненной ногой, тащившейся сзади.
– Уёбки, – прошептала Шай.
– Будь реалистом, – прошипел Ламб ей, держа ее за локоть.
– Какая удача для всех нас, – пояснял Коска, – что я прибыл как раз, когда вы собирались уезжать!
– О, я всегда был удачлив, – пробормотал Темпл.
– И я, – прошептала Шай.
– Реалистом, – прошипел Ламб.
– Группу из четырех легко прогнать, – говорил Коска комнате. – Группу из трех сотен намного сложнее!
– Двести семьдесят два, – сказал Дружелюбный.
– Могу я взять слово? – Даб Свит приблизился к стойке. – Если вы планируете направиться в горы, вам понадобится лучший проводник, чем полумертвый убийца. Я наготове и желаю предложить свои услуги.
– Как великодушно, – сказал Коска. – А вы…?
– Даб Свит. – И знаменитый скаут снял шляпу, чтобы продемонстрировать свои истонченные локоны. Очевидно он уловил запах более прибыльной возможности, чем сопровождение отчаявшихся обратно в Старикланд.
– Знаменитый пограничник? – спросил Сворбрек, поднимая взгляд от бумаг. – Я думал, вы будете моложе.
Свит вздохнул.
– Я и был когда-то.
– Вы о нем знаете? – спросил Коска.
Биограф направил нос к потолку.
– Человек по имени Мартин Глэнхорм – я отказываюсь применять термин "писатель" по отношению к нему – написал несколько весьма низких и притянутых за уши работ, базирующихся на его предполагаемых деяниях.
– Они были написаны без разрешения, – сказал Свит. – Но я содеял вещь или две, это правда. Я ступал на каждый клочок этой Далекой Страны, достаточно большой, чтобы поместить сапог, и это включая те горы. – Он поманил Коску ближе, заговорил мягче. – Почти так далеко, как Ашранк, где живут эти Люди Дракона. Их заветная земля. Мой партнер, Плачущая Скала, она была даже дальше; видите ли… – Он выдержал театральную паузу. – Она была одной из них.
– Правда, – проворчала Плачущая Скала, все еще занимая свое место за столом, хотя Корлин исчезла, оставив лишь свои карты.
– Поднималась туда, – сказал Свит. – Жила там.
– Родилась там, а? – спросил Коска.
Плачущая Скала торжественно покачала головой.
– Никто не рождается в Ашранке. – И она зажала зубами свою пустую трубку для чагги, словно это было ее последнее слово в разговоре.
– И все-таки она знает тайные пути туда, и вам они понадобятся, потому что от этих Драконовых ублюдков не будет теплого приема, когда вы вступите на их землю. Это странная, дьявольская земля, но они ревнивы на ее счет, как медведь-шатун, точно говорю.
– Значит, вы двое будете неоценимым добавлением к нашей экспедиции, – сказал Коска. – Каковы будут ваши условия?
– Мы отправимся за двадцатую часть всех найденных ценностей.
– Наша цель выкорчевать восстание, не ценности!
Свит улыбнулся.
– В каждом предприятии есть риск разочарования.
– Тогда добро пожаловать на борт! Мой нотариус подготовит соглашение.
Двести семьдесят четыре, – задумчиво проговорил Дружелюбный. Его пустые глаза перевелись на Темпла. – И ты.
Коска начал наливать выпивку.
