– Их было шестеро, все в масках, – доложил он своему шефу, когда мы вошли. – Налет начался где-то в половине третьего. Пятерым удалось уйти вместе с деньгами, а одного, Джерри Купера, уложил вахтер. Вон на скамейке лежит, остыл уже. Дороги мы блокировали, телефонограммы я дал – боюсь только, не поздно ли. Я сам видел, как их черный «линкольн» свернул на Кинг-стрит.
Мы подошли к скамейке, на которой под каким-то коричневым покрывалом лежал мертвый Джерри. Пуля угодила ему под левую лопатку.
Вахтер, безобидный на вид старичок, стал бить себя в грудь и рассказывать:
– Знаете, они как с неба свалились, мы поначалу даже растерялись. Я уж решил, плохо дело. Работали они, правда, медленно: от одного сейфа к другому переходят и денежки гребут. Тут уж ничего не попишешь. Ну а я себе думаю: «Давайте, ребятки, гребите. Посмотрим, как вы уходить будете». А у меня слово с делом не расходится. Они в дверь, а я за ними и на бегу свою старую пушку вытаскиваю. Этот парень уже в машину влезал, когда я его уложил. Будь у меня еще патроны, я бы не только его одного прикончил, а то ведь особенно не постреляешь, когда…
Нунен остановил этот нескончаемый поток слов, назвал старика молодцом и так шарахнул его по спине, что тот чуть не задохнулся от кашля.
Макгроу снова накрыл покрывалом труп и прорычал:
– Опознать их не удалось. Но раз в налете участвовал Джерри, это дело рук Сиплого, как пить дать.
Шеф радостно закивал головой и сказал:
– Вот и займись этим делом, Мак. Здесь останешься или поедешь со мной в полицию? – обратился он ко мне.
– Ни то ни другое. У меня встреча. Не могу же я идти на свидание с мокрыми ногами.
У отеля стоял маленький «мармон». Однако Дины Брэнд в машине не было. Я поднялся к себе в номер. Но дверь оставил незапертой. Не успел я снять плащ и шляпу, как, даже не постучавшись, вошла Дина.
– Господи, у тебя вся комната спиртным провоняла!
– Это мы с Нуненом в виски искупались.
Она подошла к окну, открыла его, села на подоконник и спросила:
– С какой стати?
– Нунен почему-то решил, что твой Макс скрывается в притоне под названием «Сидер-Хилл». Мы туда съездили, зачем-то обстреляли здание, убили нескольких итальяшек, извели море спиртного, подожгли дом и уехали.
– Гостиница «Сидер-Хилл»? А я думала, она уже больше года закрыта.
– Вид у нее действительно нежилой. Но кто-то, очевидно, устроил там себе склад.
– Но Макса вы не нашли?
– Пока мы там околачивались, он, похоже, ограбил Первый национальный банк.
– Да, знаю. Я как раз в это время выходила из универмага, это соседний с банком дом. Сажусь я в машину и вижу: какой-то здоровенный детина с черным платком на лице и с мешком и пистолетом в руках пятится из банка.
– А Макс с ними был?
– Станет он пачкаться! Обычно Макс посылает своих мальчиков. Для того их и держит. За главного был Джерри. Только он вышел из машины, я его, несмотря на черный носовой платок, сразу узнала. Они все черные платки нацепили. Четверо выбежали из банка и кинулись к стоявшему у бровки автомобилю. А в автомобиле сидели Джерри и еще один парень. Когда эти четверо были уже близко, Джерри выскочил им навстречу. Тут-то и началась пальба, и Джерри упал. А остальные сели в тачку и скрылись. Кстати, не забудь мне вернуть долг.
Я отсчитал ей десять двадцатидолларовых банкнот и монету в десять центов. Она соскочила с подоконника и взяла деньги.
– Это за то, что я удержала Дэна и ты смог арестовать Макса, – сказала она, припрятав деньги в сумочку. – А что мне полагается за историю об убийстве Тима Нунена?
– Придется подождать до суда. Откуда же я знаю, сколько стоит такая информация?
– А что ты сделаешь с деньгами, которые не потратишь? – спросила она, нахмурившись. – Знаешь, где сейчас Макс? – Она опять оживилась.
– Нет.
– А сколько дашь, если скажу?
– Нисколько.
– Это обойдется тебе всего в сотню.
– Не хочу тобой рисковать.
– Пятьдесят.
Я покачал головой.
– Двадцать пять.
– Мне он не нужен, – сказал я. – Какая мне разница, где он. Что ж ты не продашь эту информацию Нунену?
– А ты сам подумай. Слушай, ты теперь только умываешься виски или внутрь тоже употребляешь?
– Одну бутылку виски, «Дьюэр», я подобрал сегодня в «Сидер-Хилле». А еще у меня в чемодане припасена бутылочка «Короля Георга». Что выбираешь?
Она выбрала «Короля Георга». Мы, не разбавляя, выпили по одной, и я сказал:
– Пообщайся с «Королем Георгом», а я пойду переоденусь.
Когда через двадцать минут я вышел из ванной, она сидела за письменным столом и изучала мою записную книжку, которую вытащила из бокового отделения саквояжа.
– Все ясно, сюда ты записываешь расходы, – сказала она, даже не подняв головы. – Никак не могу понять, черт возьми, почему же ты тогда на мне экономишь? Вот, смотри: шестьсот долларов с пометкой «Инф.». Значит, у кого-то ты приобрел информацию за шестьсот долларов, правильно? А ниже сто пятьдесят долларов с пометкой «Важно» – почему, непонятно. И за этот день ты потратил почти тысячу.
– Это, должно быть, телефонные номера, – сказал я, отбирая у нее записную книжку. – Не стыдно рыться в чужих вещах? Где тебя только воспитывали?
