Дело в том, что вечером к нам на базу должные были приехать актёры «Ленкома»: Евгений Леонов, Николай Караченцов, Александр Абдулов и актрисы: Елена Шанина и Ирина Алфёрова. Кстати, на актрисах настоял я. При всём уважении к замечательным актёрам, на актрис мне как-то больше хотелось посмотреть. Кроме того вечер встречи с прекрасным было решено закончить танцами под музыку группы «Мираж», где выступали ещё три хорошенькие барышни.
– Предлагаю мужикам купить хороший коньяк и по несколько гвоздик, – заворчал Юрий Гаврилов, когда мы, добравшись до Сокольников, пересели в его «Запорожец», который Андрей Старостин на базе держать запретил. – За коньяк деньги стрясём со Старостиных. А девушкам так и быть розы. Пять букетов по пять цветов. Это?
– Двадцать пять, Юрий Васильевич, – усмехнулся я, когда мы покатили в сторону Цветного бульвара, где располагался Центральный колхозный рынок.
– Знаю, что не тридцать восемь, – рыкнул он. – Это целых 50 рублей вынь да положь. Летом можно было взять цветок по рублю. Сейчас два рубля, минимум. А может быть, гвоздиками обойдёмся?
– Не обойдёмся, – прошипел я, подумав, что с бывшей танцовщицей Машей, пора бы помириться, и 50 рублей - это не те деньги, которых для примирения жаль. К тому же всей команде выплатили неплохие премиальные, и жить стало лучше, жить стало гораздо веселей. – Кстати, ты в курсе, что пепси-кола у спекулянтов на рынке стоит значительно дороже, чем в магазине, где её почти никогда не бывает. Наверное, по рублю штука.
– Не сыпь мне соль на рану, Никон, она ещё болит, – прорычал Юрий Васильевич, вращая баранку автомобиля. – В следующий раз, когда будем проигрывать, ни слова не скажу.
***
А примерно в половину восьмого утра, когда заспанные футболисты потянулись на завтрак, их встретили звуки песни Владимира Высоцкого об утренней гимнастике. Магнитофон надрывался из винтажного «Запорожца», где были открыты двери и каждый желающий мог взять бутылку заграничного американского лимонада.
– Аттракцион невероятной щедрости! – горланил Гаврилов, перекрикивая песню Высоцкого. – Налетай, подходи, взял бутылку, проходи!
И когда из нашего жилого корпуса высыпало на крыльцо человек двадцать, среди которых были как спартаковцы, так и члены сборной СССР, из пристроя, где мы в свободное время играли в бильярд, теннис и смотрели по «видику» кино, выбежал я, во всей красе. Из одежды на ногах кроссовки, на причинном месте спортивные трусы, а на лице старый и рваный противогаз, увы, но другого на колхозном рынке не нашлось.
Очень вырос в целом мире
Гриппа вирус - три-четыре! –
Ширится, растёт заболевание, – хрипел из динамиков Владимир Высоцкий.
А я под этот аккомпанемент для разогрева оббежал вокруг «Запорожца», сделал несколько приседаний, послушал конское ржание, которое доносилось со стороны товарищей футболистов, и побежал вокруг нашего корпуса. Однако на третьем круге, дорогу мне внезапно преградил второй главный тренер сборной СССР Константин Бесков. Музыка к этому моменту как бы сама собой выключилось, а товарищи футболисты притихли.
– Это что за маскарад?! – рявкнул «невыносимый» Бесков.
– Аттракцион невероятной глупости, – попытался заступиться за меня Юрий Гаврилов.
– Гаврила, помолчи! – прорычал Константин Иванович.
– Провожу спортивную разминку по бразильской системе! – выпалил я, стянув в себя надоевший противогаз и всё так же, высоко поднимая колени, продолжая бег на месте. – Методику почерпнул в «Jornal dos Sports». Правда, не помню какой номер. Бразильцы пишут, что бег в противогазе улучшает координацию движений.
– А почему в одних трусах? – неуверенно пролепетал второй главный тренер. – У нас здесь не Бразилия.
– Не учёл климатическую особенность Москвы, исправлюсь, – пробурчал я и, снова натянув противогаз, рванул на последний третий круг, так как обещания нужно выполнять до конца.
***
Во время завтрака, пока Гаврилов, Калашников и Заваров где-то бегали, за мой столик подсел Николай Старостин.
– Что скажешь о новичках? – спросил он, кивнув на тот стол, где собрались Старухин, Петраков, Казачёнок и вратарь Виктор Чанов, которого через пару лет Лобановский из Донецка перетащит к себе в Киев.
– Чанов ничуть не слабее Дасаева, Петраков в шашки классно играет, – хмыкнул я. – Вчера выиграл у меня рубль.
– Да хоть два, – раздражённо прошептал «дед». – Кого из них в основу поставить - вот меня что интересует.
– В центре поля от них толку мало, – шепнул я. – Не понимают они нашего футбола и за один сегодняшний день не поймут. И до главного матча с финнами, тоже не освоятся. Зато в штрафной площади Старухин и Петраков очень и очень полезны. И я даже думаю, что против сборной Финляндии, которые всей командой встанут перед воротами, нам их двоих в бой придётся бросать.
– Ладно, завтракай, – крякнул Старостин и, улыбнувшись, спросил, – что вы с Гаврилой ещё устроили?
– Аттракцион невероятной щедрости, – пожал я плечами. – Скучно на базе.
