Красное на красном полностью

Любопытно, докопался ли Альдо Ракан до того, что он и есть тот самый «последний в роду», на голову которого должно обрушиться проклятие Ринальди?

«Пусть последний семени вашего четырежды пройдет путем, что вы уготовили мне, осужденному вами, пусть страдания его превзойдут мои страдания, как осенняя буря превосходит летний ветер, и пусть узнает он, безвинный, но виновный, кому обязан своей участью. И да падут его проклятья на души ваши, где б они ни были!»

Красиво сказано, раздери безымянного поэта закатные твари! Молодому Ракану, чтобы перестать быть последним, нужно немедленно жениться, но он вряд ли успеет. Еще до наступления осени Зеван сделает свое дело, и красавчик Альдо отправится к своим столь витиевато проклятым предкам. Если, разумеется, после смерти что-нибудь где-нибудь есть.

Его высокопреосвященство усмехнулся, представляя, что бы он ответил высказавшему подобное еретическое предположение прилюдно. Впрочем, есть ли загробная жизнь, нет ли, для Талига не столь уж и важно. Главное, излишне ретивый принц перестанет искушать любителей заговоров, хотя с них станется сделать вывеской того же Окделла. И дернул Леворукий Алву оставить волчонка при себе…

Им с Налем снова не повезло, а может, кузен был прав и за сыном Эгмонта действительно следили. Стоило обосноваться в уютном зале «Весеннего цветка» и заказать обед, как дверь распахнулась, и в таверну ввалился Эстебан с приятелями, из которых Дик знал лишь неизбежного Северина.

– Разрубленный Змей! – вполголоса выругался Наль. – «Навозник» за тобой верхним чутьем ходит, не иначе. Уходим, а то как бы чего не вышло.

Ричард и сам так думал, но после слов родича лишь покачал головой.

– Один раз я уже ушел, и к чему это привело? Пусть сами убираются.

– Дикон, их семеро. Семеро! И ты ведь говорил, что Эстебан сильней тебя.

– Я не уйду. Не бойся, в игру меня больше не втянут.

– Ну хотя бы пересядь на мое место, может, они тебя не заметят.

– Ты мне предлагаешь прятаться от «навозников»?! – Ричард стукнул по столу и громко потребовал: – Хозяин, кэналлийского!

– Дикон… – Глаза кузена полезли на лоб. – Это ж бешеные деньги, давай алатского возьмем!

– Я плачу́! – отрезал Дикон. – Святой Алан, мы будем пить кэналлийское, другое вино – это не вино, а пойло!

– Тебе прислали деньги? – удивился Наль.

– У меня есть чем заплатить, остальное не твое дело.

Дик достал кошелек и бросил на стол талл.

– Хозяин, пару самого лучшего!

Хозяин «Цветка» был не из тех, кто не замечает таких клиентов.

– Монсеньору угодно «слезы» или «кровь»?

– «Черная» есть?

– О… – Трактирщик многозначительно взглянул на одежду Ричарда. – Только для вас. Осталась как раз пара. Прошлый урожай.

– Несите.

Хозяин прибрал золото и исчез, взмахнув белым полотенцем, словно крылом.

– Дикон, – зашептал Наль, – только не говори, что ты берешь деньги у Ворона. Это невозможно…

– А почему бы и нет? – огрызнулся Дик. – Эр обязан содержать своего оруженосца. Не я ему должен, а он мне. Из Надора по его милости и без того все соки вытянули.

– Зря ты берешь от него подачки, про вас и так говорят…

– Что?

– Ничего. – Наль замкнулся, как потревоженная устрица. – Хорошо, если хочешь, давай выпьем. Я про «Черную кровь» только слышал.

Дик мог бы сказать, что он только видел, поскольку поить оруженосца знаменитым вином Алва не собирался, – но лишь с умудренным видом покачал головой. Примчался хозяин с двумя заветными бутылками и тоном церемониймейстера возгласил:

– Ваше вино, монсеньор!

– Благодарю, любезный, – махнул рукой Дик. Он понимал, что делает что-то не то, но не мог остановиться.

Наль с каким-то суеверным восторгом пригубил свой бокал. В добротной, но мешковатой одежде, с настороженным, чтоб не сказать испуганным, лицом родич казался провинциалом, смешным и глупым. Реджинальд считал каждый суан и уж точно никогда не пил настоящего кэналлийского.

– И впрямь восхитительно, – пробормотал он.

– Вот видишь, – Дик хлопнул кузена по плечу, – начать никогда не поздно.

– Смотрите-ка, – ненавистный голос Ричард узнал сразу, хотя говорили за его спиной, – уж не Окделл ли это?

– Закатные твари, он! – радостно подтвердил кто-то незнакомый.

– Выходит, Ворон опять заскучал?

– Ну, надо же ему и долг перед короной когда-то выполнять. Ее величество была очень недовольна, когда Алва… – говоривший сделал мерзкую паузу, – учил жить Джастина Придда. Ну прямо-таки очень недовольна…

– Еще бы, шпага маршала принадлежит королю и королеве, а не каким-то там оруженосцам! – захохотал Эстебан.

– Это смотря о какой шпаге речь, – влез в разговор Северин. – Если о той, что носят на боку, тогда да. А что до оружия, которое между ляжек…