Оскар не сомневался в своей правоте, но он не говорил с эром Августом. Как объяснить, что не все так просто? Кансилльер уверен, что подобные войны не выигрывают. Бездействие Алвы, конечно, непонятно, но он всегда все делал вопреки правилам. Если бириссцы думают так же, как Оскар, поведение Проэмперадора собьет их с толку… Тогда какова истинная цель похода? Вынудить врага стянуть свои силы в кулак и напасть первым?
– Ты не был на Совете Меча, а я был. – Феншо расценил растерянность Дика по-своему. – Алву загнали в угол. Если б не ее величество, он принял бы план Дорака, а старая жаба хотела запереться на западном берегу и отдать Варасту дикарям. В Алве еще осталась гордость, потому он и ввязался в этот поход, но он боится и не делает того, что нужно.
– А ты уверен, что знаешь, что нужно?
– Да, знаю. Надо отрядить охотников и выловить бирисских разведчиков, это нетрудно – наши кони лучше, и наши мушкеты бьют дальше. Когда мы узнаем не со слов удравших таможенников, которым маршал верит, потому что ему так удобнее, а из первых рук, сколько в Варасте дикарей и где они, мы выберем место для укрепленных лагерей, откуда будем проводить рейды. К осени провинция будет очищена, и люди вернутся к своим домам, поняв, что живут в сильной стране и что их всегда защитят. Мы защитим! Мы больше не вправе терпеть, Дикон; если мы не возьмем все в свои руки, то проиграем эту кампанию, не начав. Нужно действовать, и немедленно.
– Оскар, надеюсь, ты не уйдешь без разрешения?
– Я ничего не делаю исподтишка. Разумеется, я переговорю с Проэмперадором, и лучше бы он меня отпустил!
– Ворон не согласится.
– Закатные твари, если он не разрешит, я возьму триста человек, и мы отправимся на охоту сами. Когда я приведу пленных, у Алвы не будет другого выхода, кроме как прекратить этот дурацкий марш. Дикон, ты идешь с нами?
– Нет, я – оруженосец маршала, и потом…
Что «потом», юноша придумать не успел, поскольку из-за ближайшей палатки появился Ворон собственной персоной. Герцога сопровождали таможенники и Вейзель, но у входа в свою палатку маршал их отпустил. Оскар хлопнул Дикона по плечу.
– Это судьба! Сейчас или никогда. Идем!
Меньше всего Дику хотелось присутствовать при этом разговоре, но отступать было некуда, и он пошел за Феншо, предчувствуя неприятности, причем большие. Рокэ встретил Оскара довольно любезно, но это ничего не означало, напротив.
– Рад вас видеть, генерал. Судя по облакам, завтра будет неплохой день.
– Возможно, господин Первый маршал. Я прошу вас уделить мне несколько минут для важного разговора.
– Охотно. – Алва казался несколько рассеянным. – Ричард, оставьте нас.
– Господин Первый маршал, я не скажу ничего, что было бы тайной от герцога Окделла.
– Ричард, не оставляйте нас. Итак, Феншо, что вам угодно?
– Мои люди устали от этой прогулки.
– Мы уже говорили об этом, – напомнил Проэмперадор. – Трижды.
– Четырежды, – поправил внезапно охрипший Оскар.
– Тем хуже, значит, вы на редкость непонятливы. Не лучшее качество для генерала, хотя перевязь мало что меняет. У генералов частенько остаются капитанские мозги.
– То, что мне нужно понимать, я понимаю.
Голос Феншо задрожал от ярости, но на Ворона это не произвело ни малейшего впечатления.
– И что́ же вы полагаете достойным вашего понимания?
– То, что жители Варасты ждут нашей помощи, а мы их предаем! Пока мы плещемся в Рассанне, у Бакры продолжают жечь и насиловать. Наш долг помочь людям, которые на нас надеются.
– Вы заблуждаетесь. – Алва в упор взглянул на собеседника. –
– И к осени упремся в Барсовы Врата? – вскинулся Оскар.
– Раньше. Можете быть свободны… генерал.
– Монсеньор, я не желаю ставить интересы Талига в зависимость от вашей прихоти. Я требую, чтобы вы повернули в сторону Бакры, и я требую начать охоту на вражеских разведчиков!
– Вы не можете ничего требовать, Феншо-Тримейн. Вы не король, не забеременевшая девица и даже не глава какого-нибудь замшелого дома, как мой оруженосец. Оставьте ваши требования при себе и отправляйтесь отдыхать.
– Мы только и делаем, что отдыхаем. Если вы боитесь охотиться на разбойников, это сделаю я. Трех сотен человек хватит, чтобы переловить их разведчиков, после чего авангард повернет к горам.
– Оскар Феншо… – Маршал и не подумал повысить голос, но, если б он заорал, Ричарду было бы уютнее. – Если вы нарушите приказ, я вас расстреляю перед строем, и на этом ваши подвиги закончатся. Вы меня поняли?
– Да, сударь, – поклонился Феншо, – я вас прекрасно понял.
– Ваше счастье, если это так.
