Его высокопреосвященство бросил исписанный лист в камин, а шкатулку захлопнул и убрал в бюро. Свою первую службу она сослужила, сохранив доверенную ей тайну, а какова будет ее дальнейшая судьба, определит случай. Возможно, она станет вместилищем для любовного послания или подарка и откроют ее руки Альдо Ракана, но подобные средства следует использовать вовремя. Смерть принца может смешать карты противника, а может ему помочь, ибо юный честолюбец не более чем орудие в чужих руках.
Прежде чем на поле брани сойдутся, если сойдутся, армии, начнется не видимая никому война, в которой схлестнутся он, кардинал Сильвестр, и кто-то пока неведомый. Неужели и впрямь гоганы?
Дорак позвонил в колокольчик и задумчиво пожевал губами. Спать не хотелось, к тому же утром соберется Высокий Совет. Сильвестр мог не спать сутками, но после краткого, насильно прерванного сна ощущал себя вареной свеклой. Решено, ложиться он не станет.
– Ваше высокопреосвященство? – А вот бедняга-секретарь, увы, жаворонок, спит на ходу.
– Сварите шадди, да покрепче. И принесите хроники начала царствования Франциска Оллара.
– Ваше высокопреосвященство будет готовить проповедь? Тогда понадобятся житие святого Фабиана и послание Франциска Оллара Эсперадору.
– Когда они мне потребуются, я скажу, а сейчас мне нужны только хроники, причем написанные сторонниками Раканов.
Олларианские хроники называли победу Франциска славной и величайшей, записи проигравших кричали о подлом предательстве, но его высокопреосвященство интересовали именно они, ведь нынешнего Ракана не занимал гороскоп победителя. Что бы ни искал принц, оно было связано с королем Эрнани, его супругой, маршалом Приддом, кэналлийцем Рамиро и убившим изменника Аланом Окделлом. С кем-то одним или со всеми?
Сильвестр славился умением читать между строк, но на первый взгляд ничего таинственного в конце Эрнани и Талигойи не было, а хроники лишь подтверждали то, что Дорак и так помнил.
